Еще в детстве Евгений часто смотрел, как мастерит его дед. Тот был бондарем и мог сделать все: хоть построить дом, хоть вырезать предметы для интерьера. «Тогда мне это было очень интересно, — говорит мастер. — Но началась школа, затем институт, и жизнь увела совершенно в другую сторону: сначала в телевидение, потом в медиа-бизнес». Однако после 10 лет работы креативным директором маркетингового агентства Евгений понял, что настало время переходить из виртуального мира в реальный, и дать рукам настоящую работу. Год назад он переехал из родного Томска в Нижний Новгород и открыл мастерскую по производству авторской мебели Tomov Workshop.
В предыдущие годы Евгений иногда создавал декор для интерьеров, а теперь решил перейти к созданию мебели. «Это внутреннее ощущение. Я смотрел на мебель и понимал, что хочу её делать», — говорит мастер.
Как и дед, Евгений стал работать с массивом. Дерево — тот материал, с которым случилась взаимная любовь: «Я получаю колоссальное удовлетворение от работы с деревом. Когда прикасаюсь к нему, то чувствую и понимаю сразу все: структуру, пластику», — говорит мастер, добавляя, что больше всего любит работать с дубом.
Дерево действительно отвечает мастеру. Иногда оно даже подсказывает, во что хочет перевоплотиться. «Я просто смотрю на него и понимаю, что в итоге получится. Например, так появилась лампа “Тень”».
Наблюдение за окружающим миром тоже может подсказать дизайнерское решение: по этой схеме создан стул «Авиатор».
«Ты путешествуешь или читаешь, подмечаешь детали и выстраиваешь образ. По сути, у меня в голове 3D-редактор, где я могу крутить предмет, менять текстуру или материал. Вокруг нас есть все — просто надо взять и воплотить образ в мебели», — поясняет автор.
«Ты путешествуешь или читаешь, подмечаешь детали и выстраиваешь образ. По сути, у меня в голове 3D-редактор, где я могу крутить предмет, менять текстуру или материал. Вокруг нас есть все — просто надо взять и воплотить образ в мебели», — поясняет автор.
Стул «Авиатор»
Конструкция совместила в себе три стихии: воздух (чувство полета), землю (конструкция стоит на земле) и воду (так как ножки относят нас к идее гидроплана).
На этом Евгений не собирается останавливаться и ведет переговоры с несколькими дизайнерами, чтобы создавать мебель для конкретных дизайн-проектов. Помимо этого, мастер работает и на заказ.
Впрочем, столярным делом автор занимается не один. Переехав в Нижний Новгород, Евгений нашел единомышленника, коллегу и партнера в одном лице — Евгения Изотова. «Мы познакомились благодаря интернету. Я просто увидел его профиль в Инстаграме, мы созвонились и теперь работаем вместе», — рассказывает мастер.
Сейчас ребята обдумывают идею целой коллекции мебели под названием «Скала».
Путешествуя с семьей по Алтаю, Евгений попал в необыкновенное место. Святилище представляло собой скалу, на поверхности которой древние люди почти 10 тысяч лет назад создали рисунки-петроглифы. Увиденное произвело сильное впечатление, и мастер решил воплотить такой образ в мебели. Это будут брутальные изделия из дерева, текстура которого напомнит скальную породу. «А поверх я хочу нанести петроглифы», — рассказывает он.
Путешествуя с семьей по Алтаю, Евгений попал в необыкновенное место. Святилище представляло собой скалу, на поверхности которой древние люди почти 10 тысяч лет назад создали рисунки-петроглифы. Увиденное произвело сильное впечатление, и мастер решил воплотить такой образ в мебели. Это будут брутальные изделия из дерева, текстура которого напомнит скальную породу. «А поверх я хочу нанести петроглифы», — рассказывает он.
Вообще, при создании мебели Евгений уделяет большое внимание работе с массивом дерева и его текстурой. И каждый раз мастер понимает, что это уникально. Оно создано самой природой без участия человека. Важно лишь это увидеть и подчеркнуть.
По больше части работа в мастерской идет с дубом, вязом, орехом и ясенем, меньше — с сосной из-за мягкости и недолговечности породы. Мастер с удовольствием включил бы в список экзотические виды, но пока случая не представилось.
По больше части работа в мастерской идет с дубом, вязом, орехом и ясенем, меньше — с сосной из-за мягкости и недолговечности породы. Мастер с удовольствием включил бы в список экзотические виды, но пока случая не представилось.
«Люблю дуб. Это очень пластичное дерево с интересной ярко выраженной текстурой. Из него можно сделать все, что угодно, а добротное изделие простоит более сотни лет», — рассказывает Евгений.
Он признается, что не прочь поэкспериментировать с методами обработки и испытать на дереве способы, которыми раньше пользовались мастера.
Например, чтобы придать массиву дуба приятный шоколадный оттенок, Евгений самостоятельно делает «морилку» — в емкость с уксусной кислотой опускает черный металл на пару недель. И потом древесина покрывается этим раствором.
Например, чтобы придать массиву дуба приятный шоколадный оттенок, Евгений самостоятельно делает «морилку» — в емкость с уксусной кислотой опускает черный металл на пару недель. И потом древесина покрывается этим раствором.
«Люблю пожечь древесину, но интересно и экспериментировать с варкой материала в кипящем масле. Это старинная технология позволяет маслу проникать очень глубоко, и древесина практически превращается в камень, — рассказывает он. — После такой обработки ей уже будут не страшны ни вода, ни холод».
Автор мечтает о том, чтобы вернулись времена, когда люди снова станут передавать мебель по наследству из поколения в поколения, а не останавливать выбор на фабричных конструкциях из ДСП, способных прослужить максимум пять лет.
«Я все-таки хочу изменить мир! — смеется он. — Хочу, чтобы люди выбирали качественную добротную мебель, способную прослужить сто лет. Хочется привнести в этот мир индивидуальность, чтобы люди вспомнили про свои корни и задумались про своих детей и будущие поколения, а не жили только сейчас — как получится!».
«Я все-таки хочу изменить мир! — смеется он. — Хочу, чтобы люди выбирали качественную добротную мебель, способную прослужить сто лет. Хочется привнести в этот мир индивидуальность, чтобы люди вспомнили про свои корни и задумались про своих детей и будущие поколения, а не жили только сейчас — как получится!».
«Мне кажется, мои вещи могут вписаться во многие интерьеры. Это и лофты, и ар-деко, и, конечно, эклектика. Главное, чтобы мебель сочеталась с остальными предметами», — рассуждает мастер.
В собственной квартире Евгений поставил «Упрямый столик» и торшер, чтобы понять, как они вживутся в общую обстановку.
«Я создаю вещи, которые нравятся мне самому, и это залог того, что они понравятся кому-то еще, — говорит он. — Число положительных откликов со стороны дизайнерского сообществ растет, и это вдохновляет на создание новых предметов».
«Я создаю вещи, которые нравятся мне самому, и это залог того, что они понравятся кому-то еще, — говорит он. — Число положительных откликов со стороны дизайнерского сообществ растет, и это вдохновляет на создание новых предметов».
Кстати, семья Евгения также не остается в стороне. Жена помогает по части маркетинга, а старшая дочь, несмотря на свой юный возраст (4 года), пытается принимать активное участие в процессе создания мебели.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ…
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ…
Евгений Томов
10 л.