Александр Малахов и Владислав Рудницкий, дизайнеры из Ростова-на-Дону, рассказывают о своем увлечении, переросшем в серьезное дело — производстве дверей в стиле лофт и не только. «Люди думают, что это просто — сделать мебель в стиле лофт: сколоти дерево и металл, поставь на улицу, металл проржавеет, получится лофт. Но нам не хочется быть сотыми в производстве лофтовой мебели. А вот дверьми у нас здесь почти никто не занимается. Мы в постоянном поиске, хотим усовершенствовать это дело», — делятся дизайнеры.
Фото: Юлия Скидан
Фото: Юлия Скидан
«Хоть мы и называемся Doors Brothers Manufactory, кровного родства с Сашей у нас нет. Но мы уже так долго общаемся и дружим, что можно говорить о братстве. Нам было лет по шестнадцать, когда мы познакомились. Мы играли блэк-метал и грайндкор в одном бэнде, — рассказывает Владислав. — Саша пел, а я играл на бас-гитаре. Потом Саша поступил в художественное училище имени Грекова и ушел из первого состава группы. Но с тех пор мы дружим. Мы стали дизайнерами, начали работать вместе. Идея собственного производства дверей в стиле лофт, рустик, винтаж пришла нам в голову в 2013 году, когда мы захотели сами делать двери для своих интерьеров — в основном, интерьеров кафе, ресторанов».
«Можно, конечно, в интерьерах использовать винтажные двери, которым лет пятьдесят. Но это дорого и долго. Такую дверь надо хорошо отреставрировать. И еще не известно, в каком состоянии у нее древесина. Да и сроки сдачи интерьеров обычно не позволяют заниматься реставрацией», — говорит Александр.
«Кто-то здесь делает амбарные механизмы. Но пока нам приходится всю фурнитуру заказывать из Америки. А мне бы очень хотелось, чтобы тут были маленькие цеха, чтобы качество улучшалось, — делится Владислав. — Такие цеха уже появились, но их мало. Ведь это основа дизайна и хорошо для экономики.
Возможно, через некоторое время этого станет больше. Кто-то станет собирать старый восстановленный лес, винтажные ручки. Но, правда, в частных домах не все люди любят старые вещи с чужой историей. Иногда требуется сделать состаренную вещь, но лишь бы она не досталась новым владельцам от чужих людей».
Возможно, через некоторое время этого станет больше. Кто-то станет собирать старый восстановленный лес, винтажные ручки. Но, правда, в частных домах не все люди любят старые вещи с чужой историей. Иногда требуется сделать состаренную вещь, но лишь бы она не досталась новым владельцам от чужих людей».
«Эпоха индустриализации в Америке — родина лофтовых дверей, — продолжает Александр. — Но выбор таких дверей небогат не только у нас в городе, но и в мире. Мы захотели делать сами, руками, такие “честные” двери. Но это значит, что мы никогда не будем их делать тысячами штук. Изготовление четырех дверей занимает у нас сейчас полтора месяца. В принципе, на одну дверь с учетом высыхания нескольких слоев краски и ее дальнейшей обработки уходит две недели».
Владислав объясняет: «Мы много изучали, как делали двери в начале века, почему с ними все хорошо до сих пор, почему их не ведет. Обработка древесины — это самое сложное в производстве двери. Для полотна двери мы используем разное дерево. Но чаще всего в ход идет сосна — она мягкая, послушная, дешевая и более-менее устойчивая, ведь до сих пор в некоторых сталинских домах стоят такие же сосновые двери. Но дерево лишь только подложка при создании лофтовой двери. Самое главное — дальнейшая работа».
«Мы наносим на дверь несколько слоев краски, чтобы проявились разные оттенки. Краски мы используем современные (хотя раньше при производстве дверей их покрывали эмалью). Но эмаль долго сохнет, и с ней вредно работать при обработке двери.
Все чертежи мы делаем сами. В том, что касается секретов производства, у нас есть технолог, который знает, что можно, что нельзя: соединить дерево и металл, подогнать, чтобы все выглядело хорошо. Для того, чтобы создать образ лофтовой двери, надо не бояться “убить” ее. У нас даже появился теперь такой профессиональный термин: “побольше убить”. Мы делаем это для того, чтобы, наоборот, в наших дверях была жизнь», — говорит Владислав.
Все чертежи мы делаем сами. В том, что касается секретов производства, у нас есть технолог, который знает, что можно, что нельзя: соединить дерево и металл, подогнать, чтобы все выглядело хорошо. Для того, чтобы создать образ лофтовой двери, надо не бояться “убить” ее. У нас даже появился теперь такой профессиональный термин: “побольше убить”. Мы делаем это для того, чтобы, наоборот, в наших дверях была жизнь», — говорит Владислав.
«Раньше двери были нашим хобби, а теперь это становится все сложнее совмещать с дизайном интерьера. Сначала мы с Сашей всем занимались вместе. Теперь же приходится разделять обязанности», — поясняет соавтор проекта.
«Саша — лучший колорист. Он делает выкрасы, смотрит, что получается в результате покраски. Это полностью на его плечах. Ведь только черную краску не надо колеровать. Мы используем патину, потертость. Трещины делать не хочется, иначе мы уже уйдем в стиль прованс», — рассказывает Владислав.
Александр продолжает: «Мы начали с дверей для ресторанов, а теперь у нас появилось много желающих поставить такие же двери к себе домой. Мы сейчас получаем очень много писем. Честно говоря, я даже не ожидал, что некоторые люди могут так артистично подходить к своим интерьерам».
«Недавно мы сделали для одной квартиры амбарную дверь она крепится сверху, ездит на колесах из стороны в сторону, не прилегает плотно — такая дверь хорошо смотрится в частном доме или там, где человек живет один», — дополняет Владислав.
Александр продолжает: «Мы начали с дверей для ресторанов, а теперь у нас появилось много желающих поставить такие же двери к себе домой. Мы сейчас получаем очень много писем. Честно говоря, я даже не ожидал, что некоторые люди могут так артистично подходить к своим интерьерам».
«Недавно мы сделали для одной квартиры амбарную дверь она крепится сверху, ездит на колесах из стороны в сторону, не прилегает плотно — такая дверь хорошо смотрится в частном доме или там, где человек живет один», — дополняет Владислав.
«У нас есть партнер в Москве Led7, — говорит Александр. — Люди чаще заказывают светлые двери, потому что интерьеры обычно светлые, и они нас попросили прислать белые двери. Но моя самая любимая — наша красная дверь, которую мы отдали в шоу-рум в Москву. Вообще она не то чтобы красная. В ней есть цвет самого дерева, зеленый, черный и сверху красный. Зеленый тут не простой, он сложно колерован».
«Свою первую коллекцию мы сделали лофтовую. Потому что нам самим больше нравится лофт. Мы добавляем на двери таблички, сами старим их. В России таких раритетных табличек мало, это в Европе на блошином рынке можно купить. Нам же пришлось самостоятельно сделать себе подходящие по цвету и размеру — а напечатали их на железе ребята из Питера», — добавляет Владислав.
Владислав продолжает: «Ростов-на-Дону достаточно странный город со своей метафизикой — у нас много в старом городе странных дверей. Есть целое сообщество в Инстаграме “Двери Ростова”, где люди выкладывают фотографии входных дверей из старого города. Мы все это видим живьем, но они сейчас все рассыпаются. Иногда даже видишь старые испорченные двери, стоящие у мусорных баков, и не можешь пройти мимо. Они пожившие и очень красивые, но, к сожалению, уже не могут служить как нормальные двери, у них старые испорченные петли. Из таких дверей можно делать столы, полки или просто декорировать ими стены. Раньше мы тоже фотографировали такие двери, а теперь уже на это мало времени, когда есть свое производство».
Игорь Комаров
9 л.