Архитектурная биеннале, чередуясь с художественной выставкой, проходит в Венеции раз в два года. И для каждой президент Фонда венецианской биеннале назначает куратора, который, в свою очередь,определяет тему будущей выставки. В 2016 году выбор пал на чилийского архитектора Алехандро Аравену — и так уж совпало, что спустя несколько месяцев он же стал лауреатом самой престижной архитектурной премии Притцкера.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ…
Лауреат Притцкеровской премии: Чилийский архитектор Алехандро Аравена
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ…
Лауреат Притцкеровской премии: Чилийский архитектор Алехандро Аравена
На фото: архитектор Алехандро Аравена ©La Biennale di Venezia
Большего успеха архитектору сложно и представить — хотя сам Аравена в жизни чрезвычайно скромен, а в работе по-латиноамерикански страстен и бескорыстен: незадолго до начала выставки на сайте его бюро Elemental совершенно бесплатно была опубликована рабочая документация для строительства по придуманной им системе «поэтапного жилья».
Это те самые проекты, что принесли архитектору славу как «борцу социального фронта»: имея в распоряжении минимальный бюджет и необходимость как можно скорее обеспечить жертвам землетрясения крышу над головой, Алехандро предложил строить у дома лишь условную половину, чтобы жильцы впоследствии доводили его до ума сами.
Большего успеха архитектору сложно и представить — хотя сам Аравена в жизни чрезвычайно скромен, а в работе по-латиноамерикански страстен и бескорыстен: незадолго до начала выставки на сайте его бюро Elemental совершенно бесплатно была опубликована рабочая документация для строительства по придуманной им системе «поэтапного жилья».
Это те самые проекты, что принесли архитектору славу как «борцу социального фронта»: имея в распоряжении минимальный бюджет и необходимость как можно скорее обеспечить жертвам землетрясения крышу над головой, Алехандро предложил строить у дома лишь условную половину, чтобы жильцы впоследствии доводили его до ума сами.
На фото: тизер XV архитектурной биеннале в Венеции ©La Biennale di Venezia
Стоит ли говорить, что тему XV биеннале архитектуры он тоже выбрал остро социальную. Выставка под слоганом «Репортаж с фронта» должна была показать результаты той борьбы, которую архитекторы по всему миру ведут каждый день, иногда, казалось бы, незаметно. Где-то требуется обеспечить хотя бы базовые нужды в теплом укрытии, где-то речь идет о стабильности и комфорте, улучшении качества жизни и личном развитии. Так или иначе, экспозиции в национальных павильонах и инсталляции 88 архитекторов, приглашенных куратором, продемонстрировали, что социальный аспект архитектуры гораздо значительнее, чем может показаться. Наравне с политикой и экономикой она способна менять мир к лучшему. Как именно — попробуем объяснить на примере проектов-победителей.
Стоит ли говорить, что тему XV биеннале архитектуры он тоже выбрал остро социальную. Выставка под слоганом «Репортаж с фронта» должна была показать результаты той борьбы, которую архитекторы по всему миру ведут каждый день, иногда, казалось бы, незаметно. Где-то требуется обеспечить хотя бы базовые нужды в теплом укрытии, где-то речь идет о стабильности и комфорте, улучшении качества жизни и личном развитии. Так или иначе, экспозиции в национальных павильонах и инсталляции 88 архитекторов, приглашенных куратором, продемонстрировали, что социальный аспект архитектуры гораздо значительнее, чем может показаться. Наравне с политикой и экономикой она способна менять мир к лучшему. Как именно — попробуем объяснить на примере проектов-победителей.
«Золотой лев» за экспозицию в кураторской выставке: «Breaking the Siege», Gabinete de Arquitectura
В многочисленных интервью, предварявших биеннале, Алехандро Аравена не раз озвучивал пугающие цифры: уровень урбанизации и притока населения в города достиг таких скоростей, что через несколько лет, чтобы обеспечить кров всем желающим, мы будем вынуждены строить по городу-миллионнику в неделю, тратя на одну семью не больше 10 тысяч долларов. Понятно, что практикующимися методами сделать это просто невозможно. Поэтому куратор и призвал международное сообщество подумать о том, какими способами можно было бы максимально сократить сроки и бюджеты любого строительства.
В многочисленных интервью, предварявших биеннале, Алехандро Аравена не раз озвучивал пугающие цифры: уровень урбанизации и притока населения в города достиг таких скоростей, что через несколько лет, чтобы обеспечить кров всем желающим, мы будем вынуждены строить по городу-миллионнику в неделю, тратя на одну семью не больше 10 тысяч долларов. Понятно, что практикующимися методами сделать это просто невозможно. Поэтому куратор и призвал международное сообщество подумать о том, какими способами можно было бы максимально сократить сроки и бюджеты любого строительства.
На фото: инсталляция Gabinete de Arquitectura в Центральном павильоне в Джардини ©La Biennale di Venezia
Неслучайно же весь мир заговорил о моде на «вернакулярную архитектуру», то есть аутентичную и традиционную, а по факту— использующую по возможности только местные материалы, что значительно ускоряет и удешевляет реализацию проекта.
Архитектор Солано Бенитес (Solano Benitez) уже много лет эксплуатирует те два ресурса, которые в его родном Парагвае доступны каждому: кирпич и неквалифицированную рабочую силу. В развивающихся странах другой и не водится, поскольку отсутствие специалистов заставляет привлекать больше людей, а значит — создавать больше рабочих мест, что для общества за чертой бедности весьма принципиально.
Неслучайно же весь мир заговорил о моде на «вернакулярную архитектуру», то есть аутентичную и традиционную, а по факту— использующую по возможности только местные материалы, что значительно ускоряет и удешевляет реализацию проекта.
Архитектор Солано Бенитес (Solano Benitez) уже много лет эксплуатирует те два ресурса, которые в его родном Парагвае доступны каждому: кирпич и неквалифицированную рабочую силу. В развивающихся странах другой и не водится, поскольку отсутствие специалистов заставляет привлекать больше людей, а значит — создавать больше рабочих мест, что для общества за чертой бедности весьма принципиально.
Гений же Бенитеса в том, что даже с необученными рабочими он достигает впечатляющих результатов: его кирпичные конструкции потрясают воображение масштабами, качеством исполнения и изяществом ажурной структуры. Последняя, кстати, не просто для красоты: тщательный расчет конфигурации без ущерба устойчивости экономит приличное количество кирпича.
Алан Паркер ломал кирпичную стену — Солано Бенитез, наоборот, ее строит, но при этом прорывает «siege» — осаду, довлеющую силу консервативных подходов. Арка, возведенная на всю высоту помещений Центрального павильона в Джардини, стала на выставке символом триумфа технологий, открывая собой целый ряд интересных инсталляций, посвященных инновационным строительным методам.
Алан Паркер ломал кирпичную стену — Солано Бенитез, наоборот, ее строит, но при этом прорывает «siege» — осаду, довлеющую силу консервативных подходов. Арка, возведенная на всю высоту помещений Центрального павильона в Джардини, стала на выставке символом триумфа технологий, открывая собой целый ряд интересных инсталляций, посвященных инновационным строительным методам.
«Специальное упоминание» за экспозицию на кураторской выставке: «Onore Perduto», Maria Giuseppina Grasso Cannizzo
Совсем иначе выглядела отмеченная жюри работа Марии Джузеппины Грассо Каниццо: снаружи — лаконичный куб из белых блокнотных листов. Впрочем, внутри куба открывалась иная картина: оказывалось, что каждый лист — это разрез или фото проекта, одного из тех, что на родине Марии Джузеппины — в Южной Сицилии — реализовали за последние 40 лет.
Совсем иначе выглядела отмеченная жюри работа Марии Джузеппины Грассо Каниццо: снаружи — лаконичный куб из белых блокнотных листов. Впрочем, внутри куба открывалась иная картина: оказывалось, что каждый лист — это разрез или фото проекта, одного из тех, что на родине Марии Джузеппины — в Южной Сицилии — реализовали за последние 40 лет.
На фото: инсталляция Марии Джузеппины Грассо Канацци в Центральном павильоне в Джардини ©La Biennale di Venezia
Прямо на полу начерчены планы: даже с хорошим зрением хочется надеть очки, чтобы рассмотреть все детали. И, сдается, это часть авторского умысла, ведь Мария обращает наше внимание на проекты так называемого малого масштаба — те, которые обычно не публикуются в глянцевой прессе. Компактные дома, хозяйственные постройки, автозаправки и киоски — Мария уверена, что «потерянную честь» архитектуры (так переводится с итальянского название ее инсталляции) можно восстановить, только начав с малого. Пока масштабные проекты по мере погружения в кризис замораживаются, на компактных постройках можно отрабатывать принципы устойчивой архитектуры, апробировать новые материалы и альтернативные технологии строительства.
Прямо на полу начерчены планы: даже с хорошим зрением хочется надеть очки, чтобы рассмотреть все детали. И, сдается, это часть авторского умысла, ведь Мария обращает наше внимание на проекты так называемого малого масштаба — те, которые обычно не публикуются в глянцевой прессе. Компактные дома, хозяйственные постройки, автозаправки и киоски — Мария уверена, что «потерянную честь» архитектуры (так переводится с итальянского название ее инсталляции) можно восстановить, только начав с малого. Пока масштабные проекты по мере погружения в кризис замораживаются, на компактных постройках можно отрабатывать принципы устойчивой архитектуры, апробировать новые материалы и альтернативные технологии строительства.
«Серебряный лев» самому перспективному архитектору: Кунле Адейеми (Kunle Adeyemi), NLÉ
Свою борьбу ведет и Кунле Адейеми — житель одного из крупнейших мегаполисов Нигерии, города Лагоса. Когда-то сюда приезжал сам Рем Колхас — известный голландский архитектор и куратор биеннале в Венеции 2014 года.
Свою борьбу ведет и Кунле Адейеми — житель одного из крупнейших мегаполисов Нигерии, города Лагоса. Когда-то сюда приезжал сам Рем Колхас — известный голландский архитектор и куратор биеннале в Венеции 2014 года.
Вместес ним Кунле обследовал Лагос и так хорошо себя проявил, что потом еще 10 лет работал в бюро Колхаса OMA. Казалось бы, образованный африканец, вырвавшись однажды, уже не захочет вернуться на родину. Но не таков Адейеми: набравшись в Европе опыта, он приехал снова в Лагос, и одной из первых спроектировал деревянную плавучую школу Макоко.
Макоко — название лагосских трущоб. Половину построек во время дождей регулярно затапливает — в том числе и ту, в которой раньше находилась школа. Поэтому новую Кунле сделал плавучей: конструкцию из дерева водрузил на три с лишним тысячи пластиковых бутылей из-под воды.
«Трехпалубная» школа примечательна еще и тем, что для трущоб Макоко это самое большое общественное пространство: каждый этаж— по 100 квадратных метров. И если это роскошь, то можно себе представить размеры их трущобных жилищ! Кстати, для биеннале школу воссоздали в реальном масштабе, запустив ее плавать по каналу возле венецианского Арсенала.
«Золотой лев» за национальный павильон: «Unfinished», Испания
Большое количество самых разных проектов представлено и в испанском павильоне, заслужившем высшую награду: из 550 работ кураторы Инакви Карнисеро (Inaqui Carnicero) и Карлос Кинтас (Carlos Quintans) отобрали целых 55. В российских СМИ концепцию отбора, переведя название, прозвали «незавершенкой».
Однако этот термин сквозит безнадежностью, в то время как идея, наоборот, заключалась в том, чтобы показать возможные дальнейшие перспективы — даже для заброшенных, полуразрушенных или недостроенных зданий.
Большое количество самых разных проектов представлено и в испанском павильоне, заслужившем высшую награду: из 550 работ кураторы Инакви Карнисеро (Inaqui Carnicero) и Карлос Кинтас (Carlos Quintans) отобрали целых 55. В российских СМИ концепцию отбора, переведя название, прозвали «незавершенкой».
Однако этот термин сквозит безнадежностью, в то время как идея, наоборот, заключалась в том, чтобы показать возможные дальнейшие перспективы — даже для заброшенных, полуразрушенных или недостроенных зданий.
На фото: экспозиция 2016 года национального павильона Испании ©Fernando Maquieira
В зависимости от того, какая стратегия используется, чтобы вдохнуть в строение новую жизнь, проект отнесен к той или иной группе: «Нагромождение», «Заполнение», «Переназначение», «Опустошение».
В зависимости от того, какая стратегия используется, чтобы вдохнуть в строение новую жизнь, проект отнесен к той или иной группе: «Нагромождение», «Заполнение», «Переназначение», «Опустошение».
Например, проект архитекторов Нурии Сальвадо (Núria Salvadó) и Давида Тапиаса (David Tapias) по превращению в жилье старого кинотеатра кураторы определили в категорию «Адаптация». Чтобы людям в пустоватых объемных помещениях было комфортно и тепло, архитекторы по сути построили дом внутри дома, поместив каждую функциональную зону в мини-контейнер — конструкцию из дерева, обтянутую пленкой.
На фото: проект Cinema Lidia ©José Hevia
На фото: проект Cinema Lidia ©José Hevia
Похожие деревянные рамные конструкции мы видим и в проекте 23-метровой гостиной в Мадриде, которую авторы — Уриэль Фог (Uriel Fogué), Ева Джиль (Eva Gil) и Карлос Паласиос (Carlos Palacios) — шутливо прозвали Susaloon, «Салун у Сьюзан». Потому что, несмотря на мегакомпактные размеры, в этой гостиной могут собираться большие компании. «Филенками» деревянных рам вдоль стен оказываются кровати, столы и лавки.
На фото: проект Susaloon ©Imagen Subliminal Miguel de Guzmán
Интересно отражена тема незавершенности в выставочном дизайне экспозиции: подробности всех проектов и тематические фотоработы помещены вместо гипсокартонных листов в каркас из металлических направляющих, который возник в самом центре павильона. Так что более точным кажется название «Незаконченное» — с намеком, что все еще впереди.
«Специальное упоминание» за национальный павильон: EN, Япония
Полностью название экспозиции японского павильона, куратором которого стал Ёшиюки Ямана (Yoshiyuki Yamana), звучит как EN:Art of Nexus, или «ЭН: искусство связи». «ЭН» в Японии означает «эмпатия» — то самое чувство сопереживания, которое испытываешь, созерцая цветение сакуры. Только в данном случае «наблюдать сопереживая» предлагается не за сакурой, а за собственным соседом.
Полностью название экспозиции японского павильона, куратором которого стал Ёшиюки Ямана (Yoshiyuki Yamana), звучит как EN:Art of Nexus, или «ЭН: искусство связи». «ЭН» в Японии означает «эмпатия» — то самое чувство сопереживания, которое испытываешь, созерцая цветение сакуры. Только в данном случае «наблюдать сопереживая» предлагается не за сакурой, а за собственным соседом.
На фото: экспозиция 2016 года национального павильона Японии ©Andrea Avezzi, Francesco Galli
В стране Восходящего солнца всегда было тесновато, а после землетрясения и роста безработицы среди молодежи одинокому человеку стало и вовсе невозможно самому платить за жилье. Идея, когда несколько единомышленников скидываются и формируют нечто вроде «коммуналки», не нова. Но особенность японской модели в том, что они не предлагают делить одну площадь на обособленные «ячейки»: наоборот, пространства перетекают друг друга и как будто принадлежат одновременно всем.
В стране Восходящего солнца всегда было тесновато, а после землетрясения и роста безработицы среди молодежи одинокому человеку стало и вовсе невозможно самому платить за жилье. Идея, когда несколько единомышленников скидываются и формируют нечто вроде «коммуналки», не нова. Но особенность японской модели в том, что они не предлагают делить одну площадь на обособленные «ячейки»: наоборот, пространства перетекают друг друга и как будто принадлежат одновременно всем.
На фото: дом для семерых ©Sadao Hotta
Ничего зазорного в том, что соседи увидят тебя в нетривиальной ситуации, нет — так полагают японцы. Тем более, что соседи для таких «коммун» выбираются через специально созданную социальную сеть, в чем состоит еще одно важное отличие: все происходит только на добровольных началах.
Ничего зазорного в том, что соседи увидят тебя в нетривиальной ситуации, нет — так полагают японцы. Тем более, что соседи для таких «коммун» выбираются через специально созданную социальную сеть, в чем состоит еще одно важное отличие: все происходит только на добровольных началах.
На фото: апартаменты в Йокогаме ©Koichi Torimura
Если мы разделяем друг с другом интересы, хобби и мировоззрения, то почему бы не разделить одни и те же квадратные метры? Кстати, в Японии эта же «сеть знакомств для соседей» подключена к базе заброшенных домов: за выбравшими друг друга жильцами закрепляется то или иное строение, и оно постепенно обживается и восстанавливается.
Если мы разделяем друг с другом интересы, хобби и мировоззрения, то почему бы не разделить одни и те же квадратные метры? Кстати, в Японии эта же «сеть знакомств для соседей» подключена к базе заброшенных домов: за выбравшими друг друга жильцами закрепляется то или иное строение, и оно постепенно обживается и восстанавливается.
На фото: национальная экспозиция Перу 2016 года ©Mauro Romanzi
Специальное упоминание за национальный павильон: «Plan Selva», Перу
Тема доступного образования, заявленная в работе нигерийца Кунле Адейеми, в экспозиции Перу, посвященной Амазонии, обыгрывается с внушительным размахом.
Специальное упоминание за национальный павильон: «Plan Selva», Перу
Тема доступного образования, заявленная в работе нигерийца Кунле Адейеми, в экспозиции Перу, посвященной Амазонии, обыгрывается с внушительным размахом.
На фото: модульная система строительства школ ©Ministry of Education
С одной стороны, «План Сельва» — чисто про архитектуру: студенты Католического университета Перу спроектировали гибкую модульную систему, которая учитывает не только разнообразный ландшафт, разницу в образовательных программах и численность классов, но и необходимость противостоять стихиям и наводнениям. При этом здесь в них есть электрокоммуникации, горячая вода и канализация — сейчас такими удобствами могут похвастаться лишь 15% амазонских школ.
С одной стороны, «План Сельва» — чисто про архитектуру: студенты Католического университета Перу спроектировали гибкую модульную систему, которая учитывает не только разнообразный ландшафт, разницу в образовательных программах и численность классов, но и необходимость противостоять стихиям и наводнениям. При этом здесь в них есть электрокоммуникации, горячая вода и канализация — сейчас такими удобствами могут похвастаться лишь 15% амазонских школ.
С другой стороны, смысл проекта гораздо глубже. Потому что, делая образование доступным для большей части коренного населения, планируется спасти древнюю амазонскую культуру, а вместе с ней — и саму эту необычайно биоразнообразную землю, на которой когда-то жила одна треть всех существующих на Земле организмов.
На фото: школы, противостоящие наводнению ©Ministry of Education
На фото: школы, противостоящие наводнению ©Ministry of Education
На фото: национальная экспозиция Перу 2016 года ©Mauro Romanzi
Поистине удивительно, как после стольких лет унижения и насильственного переселения индейцы Амазонии ухитрились сохранить уникальные знания предков о медицине и ботанике, а также навыки жить в окружении дикой природы — так, чтобы никоим образом ей не вредить. Это то, чему европейцам-завоевателям, незаметно вырубившим за полвека 70% влажных амазонских лесов, стоило бы у индейцев поучиться.
Поистине удивительно, как после стольких лет унижения и насильственного переселения индейцы Амазонии ухитрились сохранить уникальные знания предков о медицине и ботанике, а также навыки жить в окружении дикой природы — так, чтобы никоим образом ей не вредить. Это то, чему европейцам-завоевателям, незаметно вырубившим за полвека 70% влажных амазонских лесов, стоило бы у индейцев поучиться.
На фото: первая завершенная школа из программы «План Сельва» в Мадре де Диас ©Veronica Lanza
Теперь государство надеется на взаимовыгодный культурный обмен: Перу строит новые комфортные школьные здания и запускает учебную программу с учетом местных традиций, а коренное население учит перуанцев «устойчиво управлять» Амазонией. Ведь вырубка лесов не прошла бесследно, внеся свой зловещий вклад в повышение парникового эффекта. А значит, архитектура, спасающая мир, — в данном случае через образовательные институции, — не такая уж приукрашенная метафора.
СТАТЬИ ПО ТЕМЕ…
Houzz в мире | Мир дизайна | США и Канада | Австралия | Япония | Северная Европа | Британия | Франция | Германия | Италия | Испания | Другие страны
Теперь государство надеется на взаимовыгодный культурный обмен: Перу строит новые комфортные школьные здания и запускает учебную программу с учетом местных традиций, а коренное население учит перуанцев «устойчиво управлять» Амазонией. Ведь вырубка лесов не прошла бесследно, внеся свой зловещий вклад в повышение парникового эффекта. А значит, архитектура, спасающая мир, — в данном случае через образовательные институции, — не такая уж приукрашенная метафора.
СТАТЬИ ПО ТЕМЕ…
Houzz в мире | Мир дизайна | США и Канада | Австралия | Япония | Северная Европа | Британия | Франция | Германия | Италия | Испания | Другие страны
kovilina-il
10 л.