Houzz уже был в гостях в московской квартире Юрия Прудовского, любителя русской культуры эпохи рубежа XIX–XX веков. В этот раз Юрий пригласил Houzz на дачу, где отдыхает с родителями, Валерием Павловичем и Мариной Викторовной. А еще вместе с ними на дачу ездят две борзые — та самая Дарья, которая виновна в порче орехового гарнитура в квартире (но ее все равно очень любят), и Долли, которую вслед за сыном завели родители. Вдвоем собаки резво бегают на улице по саду (благо, для них здесь есть большой газон).
О проекте
Место: дача в Подмосковье
Размер: 150 кв.м
Кто здесь живёт: Юрий Прудовский с родителями и двумя борзыми приезжают сюда отдыхать
Как давно живут: даче 25 лет, после ремонта — первый год
Дизайнер проекта: хозяин дома
Фото: Константин Малюта
Место: дача в Подмосковье
Размер: 150 кв.м
Кто здесь живёт: Юрий Прудовский с родителями и двумя борзыми приезжают сюда отдыхать
Как давно живут: даче 25 лет, после ремонта — первый год
Дизайнер проекта: хозяин дома
Фото: Константин Малюта
Кирпичный дом купили родители Юрия еще 25 лет назад. Прошлым летом здесь решили сделать ремонт, не меняя планировки дома. По традиции для экономии решили обставить дом мебелью из московских квартир. Вот только в обеих из них мебель была не типовая, а антикварная.
Обои Leroy Merlin; краска Tikkurila
Первый этаж почти целиком отдан под столовую-гостиную площадью 50 кв.м: «Это пространство, которого обычно не хватает в городской квартире», — говорит Юрий. Потолок из вагонки переделывать не стали, только покрасили в белый. Обои для гостиной выбрали с тиснением, под покраску. Внизу стены обои сделаны под буазери, с филенчатым рельефом. Цвет выбрали насыщенный, теплую светлую охру.
Напротив диванной группы с настоящим ломберным столом, креслом и козеткой — большой камин, который до ремонта был без отделки, из красного кирпича. Для каминного портала заказали облицовку молочного цвета и две рельефные вставки с завода в Англии, который более 100 лет занимается производством плитки. На стене — работающие дореволюционные немецкие часы с боем фирмы «Густав Беккер».
Первый этаж почти целиком отдан под столовую-гостиную площадью 50 кв.м: «Это пространство, которого обычно не хватает в городской квартире», — говорит Юрий. Потолок из вагонки переделывать не стали, только покрасили в белый. Обои для гостиной выбрали с тиснением, под покраску. Внизу стены обои сделаны под буазери, с филенчатым рельефом. Цвет выбрали насыщенный, теплую светлую охру.
Напротив диванной группы с настоящим ломберным столом, креслом и козеткой — большой камин, который до ремонта был без отделки, из красного кирпича. Для каминного портала заказали облицовку молочного цвета и две рельефные вставки с завода в Англии, который более 100 лет занимается производством плитки. На стене — работающие дореволюционные немецкие часы с боем фирмы «Густав Беккер».
На камине, в дореволюционной рамке 1910-х годов, — фотография Валерия Павловича. Это портрет был сделан фотографом на даче Хемингуэя — Валерий Павлович побывал там в молодости, когда работал в советской строительной компании на Кубе. Рядом с портретом — вещь той же эпохи, что и рамка, — парфюмерный флакон завода Гарднера, старейшего частного фарфорового предприятия в Российской империи.
Диван — тоже дореволюционный, он принадлежал семье прадедушки Юрия. Глубина дивана — 90 см, при необходимости он может служить полноценным спальным местом. «Сидеть на нем комфортнее с ногами», — комментирует хозяин. Два года назад диван заново перетянули, для кресла и козетки выбрали ту же ткань.
Справа от дивана — антикварный палисандровый комод с мраморной столешницей. У него сложная полукруглая форма и бронзовые накладки. Его Юрию отдала в подарок семья покойного реставратора, у которой он покупал свой карельский гарнитур для московской квартиры.
Справа от дивана — антикварный палисандровый комод с мраморной столешницей. У него сложная полукруглая форма и бронзовые накладки. Его Юрию отдала в подарок семья покойного реставратора, у которой он покупал свой карельский гарнитур для московской квартиры.
Для одной из подушек взяли наволочку с синим кругом, которую вышивала прабабушка Юрия. Развеску на стене за диваном сделали, вдохновившись интерьерами музея-усадьбы Тютчева в Мураново. Центром группы стала большая картина с волком. Семья купила ее у художника из Владимира: «Волк был так похож на мою первую собаку, которую завели, когда мне было 7 лет, что мы с родителями решили: это будет портрет в память о ней».
Круглый ломберный стол отделан, как и положено, темно-зеленым сукном. «Мы действительно за ним играем — на даче другая жизнь». Но это стол-трансформер, он имеет двойное назначение: столешницу можно перевернуть деревянной стороной вверх, тогда ломберный стол превратится в чайный.
Круглый ломберный стол отделан, как и положено, темно-зеленым сукном. «Мы действительно за ним играем — на даче другая жизнь». Но это стол-трансформер, он имеет двойное назначение: столешницу можно перевернуть деревянной стороной вверх, тогда ломберный стол превратится в чайный.
Под лестницей нашлось место для старинного буфета с дореволюционным кузнецовским сервизом на 24 персоны — он принадлежал еще прадедушке Юрия: «Это обычный фаянс фабрики Матвея Кузнецова, но он очень давно в нашей семье». Здесь, у буфета, обозначенная еще одним винтажным ковром, — зона столовой.
По праздникам на даче собирается до 30 человек — всем находится место. «Мы с друзьями открываем сезон, они приезжают сюда на мотоциклах». Летом семья празднует день рождения Валерия Павловича: «Устраиваем посиделки за самоваром, слушаем пластинки на патефоне, здесь много соседей и друзей, они играют на баяне и гитаре».
По праздникам на даче собирается до 30 человек — всем находится место. «Мы с друзьями открываем сезон, они приезжают сюда на мотоциклах». Летом семья празднует день рождения Валерия Павловича: «Устраиваем посиделки за самоваром, слушаем пластинки на патефоне, здесь много соседей и друзей, они играют на баяне и гитаре».
Кухню площадью 18 кв.м во время ремонта переделали в духе семейной коллекции из Гжели. Стены покрасили в ярко-кобальтовый цвет. Оригинальную гжельскую люстру 1970-х годов купили на «Авито» за 1000 рублей. Окна закрыли тканью с сине-белым геометрическим рисунком. Эти плотные шторы на самом деле никогда не открывают — левая маскирует водонагреватель, правая прячет большой холодильник.
Буфет для кухни приехал из Кронштадта. «Он чудом поместился на даче, здесь оказалась подходящая высота потолка». Когда Юрий покупал его на «Авито», он не уточнил у продавца размеры мебели. «Транспортная компания отказалась его везти — не смогли погрузить буфет в машину», — вспоминает хозяин. К счастью, все же нашлись те, кто доставил буфет в Москву — напрямую к реставратору.
Часть коллекции из Гжели встала за оригинальными стеклянными дверцами буфета. На них сохранился золотой рисунок в виде цветочного венка с летной, который, что необычно, в перевернутом по вертикали виде вырезан на нижних дверцах буфета.
К круглому столу для завтраков, закрытому ковром, поставили четыре голландских стула: «Эти резные дубовые стулья с тисненой кожей — одна из первых моих покупок антикварной мебели. Мне исполнилось 20 лет, я поехал отмечать день рождения в Санкт-Петербург и зашел на блошиный рынок», — вспоминает Юрий. Главное украшение стульев — аутентичные тисненые спинки и сиденья, которые в процессе небольшой реставрации дублировали на современную кожаную основу для предотвращения растрескивания. Вся фурнитура на стульях также сохранилась оригинальная.
В библиотечном холле ковер Alexander’s Collection
В просторном холле второго этажа после ремонта устроили библиотеку. Открытые стеллажи для книг сделали на месте мастера-строители.
В просторном холле второго этажа после ремонта устроили библиотеку. Открытые стеллажи для книг сделали на месте мастера-строители.
Для освещения библиотеки повесили светильники с винтажными плафонами от старых советских люстр. Кресло-качалка — современное, но восходит к модели конца XIX века, придуманной Михаэлем Тонетом.
В мятный библиотечный холл идеально вписались по цвету майоликовые панно, которые любит мама Юрия, Марина Викторовна.
В доме есть два санузла — на первом и втором этажах. Здесь тоже нашлось место для старинной вышивки, сделанной руками прабабушки.
Винтажная кукла Марина — фамильный раритет: «Ее подарили бабушке за год до рождения мамы. Такие куклы делались в Советском Союзе на экспорт — подруга бабушки работала на производстве. Бабушка назвала куклу Мариной, а через год отдала маме ее имя и одежду». Теперь у куклы новое льняное платье.
В спальне Юрия еще один антикварный комплект мебели начала XX века. Платяной шкаф достался Юрию в отличном состоянии, он даже не требовал реставрации. Снаружи шкаф отделан карельской березой, внутри — красное дерево.
В комплекте со шкафом было трюмо. Юрий решил разделить его на две части и каждую использовать самостоятельно. Из нижней получился письменный стол — тот самый, что стоит в его комнате в московской квартире. А верх с тройным зеркалом он переделал под изголовье кровати, заменив зеркала на мягкие панели.
Кровать немного шире оригинального изголовья, но зато вместе со шкафом образует ансамбль.
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ…
Больше кадров этого проекта в альбоме фотографа Константина Малюты
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ…
Больше кадров этого проекта в альбоме фотографа Константина Малюты
Колокольчик — семейная реликвия. Прабабушка Юрия была учительницей начальных классов, и на последнем звонке ученики вручили ей этот колокольчик. На нем сохранилась дарственная надпись.
В углу у окна — этюд работы советского художника-графика Вячеслава Кубарева (1941-2018) — одно из тех пострадавших полотен, которые Юрий спас в Москве от уничтожения (подробнее об этой истории читайте тут).
Рабочий стол в комнате Валерия Павловича — тоже антикварный, дубовый, с точеными ножками. «По форме это так называемый женский кабинетный стол, он чуть ниже стандартного размера, и место для сидения у него чуть уже».
В саду, под крышей павильона для барбекю разместили глухой старинный шкаф и резной буфет. Эту мебель, как и картины, Юрий нашел прямо на улице: «Затащил ее вместе с дворником домой, потом перевез на дачу». Здесь самостоятельно ошкурил, покрыл темной морилкой и надежным корабельным лаком, сразу предназначая шкафы для уличного пользования. Глухой шкаф стал большой дровницей, а буфет используется по прямому назначению — в нем хранится вся посуда для барбекю.
МЫ ЛЮБИМ ХОДИТЬ В ГОСТИ…
Хотите стать героем следующей статьи? Напишите на editorial@flatica.ru и приложите несколько фотографий своего интерьера (достаточно съёмки на смартфон). Мы обязательно свяжемся с вами, если примем решение о публикации
Хотите стать героем следующей статьи? Напишите на editorial@flatica.ru и приложите несколько фотографий своего интерьера (достаточно съёмки на смартфон). Мы обязательно свяжемся с вами, если примем решение о публикации
ИЛОНА ХИМИЧ
3 г.