В гостях: Английский стиль для семьи грузинского князя

«Бывают случаи, когда хозяевам квартиры не нужен дизайнер для того, чтобы создать гармоничный и удобный интерьер — они сами обладают прекрасным вкусом, — рассказывает архитектор Роман Тутушкин, который с хозяевами дружит со студенческих лет. — Когда мы с Ираклием познакомились в 1988 году, я был поражен необычным для того времени стилем квартиры его мамы (она — профессиональный художник-оформитель с безупречным, на мой взгляд, вкусом). Уже тогда, еще в советское время, Ираклий рос в абсолютноевропейской, актуальной и сегодня, обстановке. Не знаю генетика ли это, но у Ираклия всегда было особое чувство стиля, которое проявлялось во всем. А Саша ему в этом ничуть не уступает. В квартире были белые стены, отделанные голубыми широкими полосами, на кухне стоял стеклянный стол, висели антикварные люстры. Поэтому в том, что касается оформления их интерьера, думаю, моя помощь была не особо нужна. И, конечно, я был рад, когда они обратились с предложением «поучаствовать в процессе». И рад, что участие в их проекте стало своеобразным обменом опыта. Потому, что у них есть чему поучиться, конечно».

Хозяин дома, Ираклий Микеладзе, принадлежит к старинному грузинскому княжескому роду, насчитывающему более 1000 лет: «Наверное, в мире сейчас более трех тысяч человек с фамилией Микеладзе. Все они находятся в той или иной степени родства. В Грузии практически нет однофамильцев среди княжеских и дворянских родов», — рассказывает Ираклий. Книга «Очерки Кавказа» 1913 года содержит целую главу про его предков «Кулашский клан в долине реки Риони»: «Кулаши населены сплошь древнею фамилией князей Микеладзе и их бывшими крепостными людьми. Многие из Микеладзе удержали за собой титул тавадов, т.е. князей, другие не могли доказать своего княжества и теперь считаются дворянами — во время турецкой компании 1855 года Кулашские Микеладзе составили из себя целую дружину конной милиции и показали чудеса храбрости».

Ираклий комментирует: «Когда читаешь грузинскую историю XV-XVIII веков, это похоже на «Игры престолов» — сплошные войны, в том числе междуусобные. Но я сам человек миролюбивый, занимаюсь медицинскими услугами и страхованием. Сейчас я внедряю в России программу доступа к международной медицине совместно с испанской компанией Sphera под названием Sphera Health Care, которая позволяет людям получать медицинские консультации у врачей из любой страны ЕС. Коммуникация пользователей с нашим медицинским центром осуществляется через интернет и мобильное приложение». Жена Ираклия Александра работает в сфере киноиндустрии.

От просторного холла-прихожей расходятся пути в три основные зоны квартиры: общественную (с гостиной и кухней), частную хозяйскую (с кабинетом и спальней) и детскую с комнатами дочери и сына, отделенную дверью и небольшим коридором.

В плане квартира вписана широкой «змейкой» в угол дома, отсюда необходимость в «соединительных элементах», коридорах, между изолированными частными помещениями. Слева от входа находится небольшая гардеробная комната для сезонной одежды. Справа — дверь в гостевой санузел. За выступом, образованным стеной санузла, прячется еще одна дверь — в техническое помещение постирочной. Там стоят стиральная и сушильная машины и расположена гладильная.

Несмотря на такое большое количество дверей в холле, он выглядит очень свободно. Светлые стены украшают графические работы в темных рамах. «Графику известного грузинского художника Левана Мехузлы мы купили в гостинице в Тбилиси. Ее холл был украшен работами, некоторые из которых продавались. Они были в тех же рамах и паспарту, так что идеально подошли к нашему интерьеру», — говорит Ираклий.

Метлахская плитка на полу: «Грета Вульф»

На комоде в гостиной — фамильный антиквариат XX века, доставшийся Ираклию от дедушки и бабушки: «У них была квартира в центре Тбилиси прямо за Домом правительства. И когда в 1992-м вспыхнула гражданская война, дом постоянно обстреливали, в итоге он был полностью уничтожен. На память от этой бабушкиной квартиры остались только эти два винных кубка в виде рога». Из натурального рога сделаны и ножки колониального журнального столика с металлической столешницей.

Раппорт обоев в гостиной был придуман в 1877 году знаменитым дизайнером викторианской эпохи Уильямом Моррисом (William Morris, 1834-1896). Но здесь его «Хризантемы» представлены только в двух основных цветах: зеленом и бежевом и их промежуточных тонах.

Стол, стул, шкаф-витрина: Dialma Brown

«Цвет мебели, метлахской плитки в холле и «кирпичика» на фартуке кухни мы выбрали, исходя из рисунка обоев. Первое время я привыкала к такому обилию цветочного узора. Но, когда в гостиной появятся картины, цветы отойдут на второй план. Правда, мы до сих пор не можем их выбрать», — рассказывает Александра. «Думаю, правильно здесь будет смотреться графика в темных рамах и светлых паспарту, как в холле, — советует Роман. — Мне нравится, что друзья не побоялись использовать в интерьерах «антикварные» коллекции обоев».

Обеденный стол, несмотря на фигурные края, раскладывается. «Обычно у нас дома бывает много гостей», — говорят хозяева. Недавно, на майские праздники, вместе с большой компанией своих друзей они съездили в Грузию.

Кухня соединена с пространством гостиной широким порталом без дверей. В этом месте на границе гостиной и кухни стоит небольшой круглый стол для завтраков.

Второй вход в кухню ведет из коридора у холла. Благодаря этому архитектурному решению продукты можно занести напрямую из прихожей, минуя гостиную. Одно из решений, предложенных Романом, — увеличенная высота дверного проема: «Стандартный проем 2,1 м мы подняли до 2,4 м». Вся встроенная техника, винный шкаф, холодильник, мойка смещены ближе к этому техническому входу — так захотела хозяйка: «Мне нравится, что гостям не видно мойку». Очаг дома, большая зеленая ретро-плита в английском стиле, наоборот, хорошо видна из гостиной —она расположена прямо напротив обеденного стола.

Кухня: Marсhi Group; дверь: Garofali

В хозяйскую спальню ведет длинный коридор. «Такие коридоры называют ошибкой архитектора», — смеется Роман. Но Александра уточняет, что там разместили встроенные гардеробные шкафы, так что из проходной зоны коридор превратился в утилитарное помещение.

Мебель в спальне сознательно подобрана разная по характеру обивки и форм: «Мы не любим «комплектной» мебели», — говорит Александра. Поэтому в изножье кровати стоит банкетка, обтянутая тканью в цветочек, а в небольшой зоне отдыха — полосатое кресло с таким же пуфом. Зона отдыха с креслом образована выступом стены (там проходит монолитная несущая «колонна» дома) и потолочной балкой.

Настольные лампы: Chelsom; обои: Tibault; шторы, ткань: William Morris; электроустановочная фурнитура: Aldo Bernardi

В образововашейся нише за выступом хозяйка поместила «наполеоновское» зеркало в ампирной раме. А под ним нашел свое постоянное место недавно отреставрированный старинный сундук. На самом деле это дорожный чемодан начала XX века. Его отреставрировали и покрасили в такой же густой зеленый цвет, как обои в гостиной. В спальне он оживляет ее нейтральный коричнево-песочный колорит. «Чемодан — еще один подарок тети Ираклия. С такими чемоданами раньше путешествовали. Он весь был оклеен старыми дорожными наклейками, но, к сожалению, они были в очень плохом состоянии, их сохранить не удалось».

Поворотные ретро-выключатели и розетки с керамическими накладками с кракелюрами предложил поставить двоюродный брат Ираклия, Иван Мхеидзе (кстати, это еще одна грузинская княжеская фамилия): «Он занимается светом и электрофурнитурой, является представителем итальянской компании Aldo Bernardi. Точно такие же выключатели стоят в «Студии театрального искусства» Сергея Женовача на улице Станиславского (бывшей Малой Коммунистической), в оформлении которой брат тоже участвовал», — уточняет Ираклий.

На стене между двумя библиотечными шкафами разместился фамильный герб рода Микеладзе: «Наш род — древний, он упоминается с 1327 года. В середине XIX века в Российской империи грузинским князьям надо было заново регистрировать свои гербы, и за это надо было платить деньги. Мои предки решили перерегистрацией не заниматься. Только в 2004 году я заново официально зарегистрировал наш фамильный герб».

Напротив библиотеки расположился кожаный диван, ближе к окну в нише — рабочий стол Ираклия. Над ним — картина «Полет в Шамони» художника Петра Фролова, купленная хозяином на выставке в ЦДХ. Она идеально подходит по колориту к ярким обоям из коллекции Уильяма Морриса. Лампу, стоящую на подоконнике в кабинете, он привез с блошиного рынка в Тбилиси. В коридоре развесили картины, купленные на аукционе в Барселоне.

С противоположной стороны квартиры, за холлом, находятся все помещения детской части дома. Здесь в небольшом коридоре — дверь в ванную комнату, отделанную серой плиткой.

В комнате сына «вечная» обстановка, как говорит Александра, — то есть строгая классическая: «Сын сказал, что хочет сюрприз. Мы выделили Жене большую комнату из двух детских». На углу комнаты — окно на обе стены, благодаря чему она очень хорошо освещена естественным светом.

У окна расположено рабочее место. Комната по характеру больше напоминает взрослый рабочий кабинет. На стенах — строгие полосатые обои. В дальнем углу стоит кровать с кожаным изголовьем с подушками и покрывалом из ткани «Артишок» по рисунку Джона Генри Дирла 1897 года для Morris & Co. Рядом с кроватью, слева от двери находится встроенный гардероб с ореховыми дверьми. Для зоны отдыха с диваном, столиком-консолью и телевизором нашлось место рядом со входом в комнату. Там же висит еще одна картина Петра Фролова «Поездка в Casino Wiedenhof».

Прожив в своей комнате год и окончив Московскую школу имени Сервантеса, сын Ираклия и Александры уехал получать степень бакалавра в Барселону. Так что платяной шкаф потихоньку заняла сестра Майя. С согласия Жени в его шкафу теперь прячется целый кукольный домик.

Майя — настоящая грузинская княжна, только очень юная —учится пока в театрально-музыкальной школе «Класс центр» под руководством знаменитого Сергея Казарновского. Ее комната соединяет в себе атмосферу детской комнаты и одновременно рабочего кабинета школьника. Все цвета здесь максимально нейтральные, нежно-бежевые, контраст задает лишь темный пол из брашированного дуба, как во всей квартире.

В углу у окна стоит рабочий стол. На полках над ним нашлось место для небольшой коллекции советского фарфора, которую собрала Александра. На кровати и кресле живут уютные подушки-мишки. На стене рядом со встроенным гардеробом разместилось большое зеркало — Майя учится в школе с театральными, музыкальными и хореографическими дисциплинами, ей важно видеть себя со стороны. «Майя творческий человек, — говорит Ираклий. — Она учится в замечательной школе: нигде больше нет такой удивительной атмосферы».

Светильники: Chelsom

МЫ ЛЮБИМ ХОДИТЬ В ГОСТИ…
Хотите стать героем следующей статьи? Напишите на editorial@flatica.ru и приложите несколько фотографий своего интерьера (достаточно съемки на смартфон).