«Когда будут говорить, что это невозможно, слишком дорого и вы сошли с ума — считайте, что вы на правильном пути», — считает Артём Оганов, отец троих детей и хозяин одного из самых необычных домов, которые мы вам показывали.
Несколько лет назад семье стало тесно в однокомнатной квартире; тогда Артём нашёл участок на московской окраине и затеял невероятный проект — дом с необычной формой кровли. Не остановили ни ограниченный бюджет, ни бюрократические препоны. «Мы объединили все наши увлечения в одной форме: пещеры, горы, паруса, космос, шумные вечеринки, музыку и тишину, творчество и производство. Из всего, что мы умеем и любим, получился он — наш дом», — рассказывает владелец.
Несколько лет назад семье стало тесно в однокомнатной квартире; тогда Артём нашёл участок на московской окраине и затеял невероятный проект — дом с необычной формой кровли. Не остановили ни ограниченный бюджет, ни бюрократические препоны. «Мы объединили все наши увлечения в одной форме: пещеры, горы, паруса, космос, шумные вечеринки, музыку и тишину, творчество и производство. Из всего, что мы умеем и любим, получился он — наш дом», — рассказывает владелец.
О проекте
Место: поселок Чоботы в составе Москвы, на территории района Ново-Переделкино
Размер: площадь участка составляет 330 кв.м, треугольник застройки занимает 90 кв.м
Кто здесь живёт: Артём Оганов с женой Марией Овсянниковой и тремя детьми: Ариком, Араратом и Варварой
Авторы проекта: владельцы дома; работы с кровлей «ТЕХНОНИКОЛЬ»
Интересный факт: хозяева назвали дом «Четвертьхаус» и сделали сайт, на котором подробно рассказывают о процессе проектирования
Фото: Ульяна Гришина
Место: поселок Чоботы в составе Москвы, на территории района Ново-Переделкино
Размер: площадь участка составляет 330 кв.м, треугольник застройки занимает 90 кв.м
Кто здесь живёт: Артём Оганов с женой Марией Овсянниковой и тремя детьми: Ариком, Араратом и Варварой
Авторы проекта: владельцы дома; работы с кровлей «ТЕХНОНИКОЛЬ»
Интересный факт: хозяева назвали дом «Четвертьхаус» и сделали сайт, на котором подробно рассказывают о процессе проектирования
Фото: Ульяна Гришина
О существовании небольшого поселка на окраине Москвы мало кто знает: Артём Оганов и сам вырос на юго-западе столицы, а про Чоботы впервые услышал только лет в 20. Когда-то здесь стояла одноимённая усадьба с деревней, в советское время она стала частью Переделкино. Небольшая территория оказалась аппендиксом, зажатым между рекой, железной дорогой и лесным массивом. Может быть, именно поэтому здесь сохранилась нетронутая природа.
При этом до Киевского вокзала можно добраться на электричке за 20 минут, а дети свободно разъезжают по поселку на велосипеде. «Это идеальное и совершенно безопасное место для детей — рядом с Москвой, но с качеством жизни в собственном доме. Через пару лет они смогут сами ездить в город гулять», — считает Мария.
При этом до Киевского вокзала можно добраться на электричке за 20 минут, а дети свободно разъезжают по поселку на велосипеде. «Это идеальное и совершенно безопасное место для детей — рядом с Москвой, но с качеством жизни в собственном доме. Через пару лет они смогут сами ездить в город гулять», — считает Мария.
Участок оказался проблемным — на крутом берегу, со множеством ограничений и бюрократическим наследством. Но будущих владельцев это не смущало, тем более что построить дом получилось дешевле, чем купить трехкомнатную квартиру.
«Это выход из сложной ситуации, с которой сталкиваются многодетные семьи. После меня так же сделало большинство друзей из нашей компании. Мы понимали, что можем столкнуться с организационными проблемами (как возить детей в школу, сад, кружки и т.д.), но решили их нестандартным способом: сами организовали школу в формате семейного образования. У нас здесь несколько больших семей, и мы нанимает преподавателей, которые занимаются с детьми. Старший сын Арарат учится так уже четвёртый год, младший Арик — второй год», — рассказывает Артём.
«Это выход из сложной ситуации, с которой сталкиваются многодетные семьи. После меня так же сделало большинство друзей из нашей компании. Мы понимали, что можем столкнуться с организационными проблемами (как возить детей в школу, сад, кружки и т.д.), но решили их нестандартным способом: сами организовали школу в формате семейного образования. У нас здесь несколько больших семей, и мы нанимает преподавателей, которые занимаются с детьми. Старший сын Арарат учится так уже четвёртый год, младший Арик — второй год», — рассказывает Артём.
Сам глава семьи вместе с небольшим конструкторским бюро создаёт инженерные строения в труднодоступных уголках мира. Например, недавно возвели укрытие на Эльбрусе, на высоте 3800 м: из-за большой высоты, скорости ветра и сложной логики застройки на такие участки сложно даже доставлять материалы, не говоря уж о проектировании устойчивых конструкций.
Кроме того, бюро строит веревочные парки и дома на деревьях. Особенности этой работы отразились и в интерьере дома, и в обустройстве участка: рядом с основным зданием даже появился веревочный парк для детских игр.
Кроме того, бюро строит веревочные парки и дома на деревьях. Особенности этой работы отразились и в интерьере дома, и в обустройстве участка: рядом с основным зданием даже появился веревочный парк для детских игр.
Конструкция дома, по словам Артёма, построена на ограничениях — они и легли в основу архитектурной задумки. Во-первых, площадь участка составляет всего 330 кв.м, а сам он имеет уклон.
Во-вторых, раньше на этом месте стоял старый дом, который нельзя было просто снести, только сделать реконструкцию. Это значит, что владельцы не имели права существенно выходить за границы старой постройки и расширяться. Главным ограничителем стал соседский дом, который стоял «крыша в крышу», и кровли нависали друг над другом. Когда-то участок принадлежал одной семье, но затем его радикальным образом поделили наследники.
Во-вторых, раньше на этом месте стоял старый дом, который нельзя было просто снести, только сделать реконструкцию. Это значит, что владельцы не имели права существенно выходить за границы старой постройки и расширяться. Главным ограничителем стал соседский дом, который стоял «крыша в крышу», и кровли нависали друг над другом. Когда-то участок принадлежал одной семье, но затем его радикальным образом поделили наследники.
В-третьих, старый фундамент тоже нельзя было полностью удалить — пришлось бы проводить крупномасштабные работы с привлечением тяжелой строительной техники. На участке она бы просто не поместилась.
В-четвёртых, из-за узкой подъездной дорожки и размера участка нельзя было пригнать крупную технику. Небольшой грузовик ещё мог проехать, а вот развернуть строительный кран было уже негде. Стены и кровлю собирали фактически вручную, подготовив заранее всю несущую конструкцию. Причём это нужно было сделать достаточно быстро, чтобы проект не превратился в долгострой: к этому моменту семья уже выехала из городской квартиры. Сборка и монтаж всего теплого контура заняли четыре месяца.
В-четвёртых, из-за узкой подъездной дорожки и размера участка нельзя было пригнать крупную технику. Небольшой грузовик ещё мог проехать, а вот развернуть строительный кран было уже негде. Стены и кровлю собирали фактически вручную, подготовив заранее всю несущую конструкцию. Причём это нужно было сделать достаточно быстро, чтобы проект не превратился в долгострой: к этому моменту семья уже выехала из городской квартиры. Сборка и монтаж всего теплого контура заняли четыре месяца.
Осознав, что не справятся с большой стройкой за один сезон, владельцы перестроили старый гараж размером шесть на шесть метров, который стал временным жильем для семьи из пяти человек. Сейчас, после капитального ремонта, он играет роль гостевого дома. «На время чемпионата мира я даже сдал его аргентинским болельщикам. Примерил на себя сюртук отельера, но понял, что это не моё», — рассказывает Артём.
Фасад гостевого домика оформлен шинделем — деревянной черепицей, которая придаёт ему сходство с альпийским шале. Это ещё один архитектурный эксперимент — отработка необычного способа облицовки. «Существуют дранка, гонт и шиндель: это три разные технологии обработки дерева, — поясняет Артём. — Шиндель отличается тем, что огромные поленья раскалывают по волокнам, которые остаются нетронутыми. Благодаря этому дерево сохраняет все свойства водонепроницаемости и эксплуатируется по 100–200 лет».
Фасад гостевого домика оформлен шинделем — деревянной черепицей, которая придаёт ему сходство с альпийским шале. Это ещё один архитектурный эксперимент — отработка необычного способа облицовки. «Существуют дранка, гонт и шиндель: это три разные технологии обработки дерева, — поясняет Артём. — Шиндель отличается тем, что огромные поленья раскалывают по волокнам, которые остаются нетронутыми. Благодаря этому дерево сохраняет все свойства водонепроницаемости и эксплуатируется по 100–200 лет».
Основной дом тоже облицован необычным материалом — древесными спилами. Но фасадные работы ещё не завершены, спилы пока сохнут, затем их снимут, стену обмажут глиной, а деревяшки смонтируют заподлицо.
«Эти жёлтые пни — дубы из усадьбы графа Шереметева: помимо прочего, мы занимаемся сложным удалением деревьев. И вот, удалили исторические стволы себе на участок. Деревья были в очень плохом состоянии: поначалу мы топили ими камин. Но душа разрывалась, и мы решили таким образом сохранить хотя бы кусочек истории», — рассказывает Артём Оганов.
«Эти жёлтые пни — дубы из усадьбы графа Шереметева: помимо прочего, мы занимаемся сложным удалением деревьев. И вот, удалили исторические стволы себе на участок. Деревья были в очень плохом состоянии: поначалу мы топили ими камин. Но душа разрывалась, и мы решили таким образом сохранить хотя бы кусочек истории», — рассказывает Артём Оганов.
Сам дом построили на старом фундаменте и утеплённой шведской плите, затем подняли газосиликатные стены и перешли к самому интересному этапу — разработке системы кровли. Её округлая форма объясняется в первую очередь тем, что на участке хотелось оставить максимум свободного места.
Дом традиционной формы нависал бы над участком, а скошенные стены и кровля создают эффект горы: мы видим ближайший перевал, но не видим саму вершину. Поэтому нет ощущения, что перед нами высокое строение, которое давит массой.
Дом традиционной формы нависал бы над участком, а скошенные стены и кровля создают эффект горы: мы видим ближайший перевал, но не видим саму вершину. Поэтому нет ощущения, что перед нами высокое строение, которое давит массой.
Внутри форма кровли тоже даёт преимущества: можно организовать под крышей большой объём без несущих стен. Такое пространство легко нарезать на комнаты нужной площади и даже перепланировать лет через десять, когда дети вырастут, а потребности семьи изменятся.
Второй плюс — такое пространство хорошо освещается, и кажется больше, чем есть. «Биоритмы человека должны соответствовать природе. Архитектура, которая не подходит образу жизни, часто вызывает проблемы со здоровьем», — отмечает владелец.
Второй плюс — такое пространство хорошо освещается, и кажется больше, чем есть. «Биоритмы человека должны соответствовать природе. Архитектура, которая не подходит образу жизни, часто вызывает проблемы со здоровьем», — отмечает владелец.
Высота потолка в самой высокой точке составляет семь метров — и это первая в мире кровля подобной формы. Она состоит из 21-го большого треугольника, каждый из которых поделен ещё на четыре. «Эта идея быстро появилась, а дальше я полтора года, буквально до монтажа, пытался найти похожие конструкции, но не нашёл. Есть дома-сферы — это простые, понятные и самонесущие конструкции. Сфера замыкается и самоцентрируется, она способна выдерживать фантастические нагрузки. У нас же — четверть сферы, которая не является самонесущей и может встать на монтажные места с любым изгибом. Мы возводили её хитрыми методами и сложными путями, частично внизу, а частично методом промышленного альпинизма. Получилась система замкнутых арок, которые друг друга подпирают», — поясняет Артём.
Снаружи кровля оформлена гибкой двухслойной черепицей: другой материал для такой конструкции не подходил. Обычная керамическая черепица весила бы больше самой конструкции кровли. К тому же у конструкции много вершин и сгибов, а гибкая черепица может их обтекать, страхуя от потенциальных трещин и протечек.
Снаружи кровля оформлена гибкой двухслойной черепицей: другой материал для такой конструкции не подходил. Обычная керамическая черепица весила бы больше самой конструкции кровли. К тому же у конструкции много вершин и сгибов, а гибкая черепица может их обтекать, страхуя от потенциальных трещин и протечек.
Этот проект — частично спонсорский. «Мало построить интересное сооружение: надо найти способы, как об этом рассказать миру, передать опыт. У меня была задача найти для проекта партнеров, которым был бы интересен этот вызов. Оказалось, что один из логичных путей — прийти к строительным компаниям, которые являются лидерами на этом рынке, и рассказать про свой замысел. Так к проекту присоединились «ТЕХНОНИКОЛЬ» с многослойной черепицей SHINGLAS и датская компания VELUX с мансардными окнами: в доме много стандартных строительных технологий, но развернутых под необычными углами. В России вообще слабое строительное комьюнити, сейчас мы находимся в точке его зарождения. Я благодарен партнёрам за интерес и возможность развивать идею нестандартного строительства», — рассказывает владелец.
Планировку создавали исходя из потребностей семьи с тремя детьми, а ещё здесь часто гостят родители и друзья. Поэтому дом поделили по вертикали на два полноценных этажа и мансарду. А после окончания обустройства здесь будет пять спален и кабинет. На первом этаже выделили проходную кухню, отдельную столовую часть и большую гостиную с камином. Предусмотрели два санузла и место для снаряжения (палаток и рюкзаков, спальников, горных лыж, кайтов и прочего).
Интерьеры создавали стихийно, без плана — и, по словам Артёма, зря: стоило бы сделать подробную визуализацию. «Другое дело, что я слабо себе представляю, кто на это способен. Работа с такими объёмами очень сложна, не факт, что хватило бы классической школы дизайна. За такие проекты берутся только специалисты высокого класса с дорогим временем, но они не проектируют компактные дома для многодетных семей», — отмечает хозяин.
В целом интерьер выглядит минималистично, но если присмотреться, можно заметить разницу между материалами — это объясняется ограниченным бюджетом. Взять, например, напольную плитку: в качестве основной системы отопления выбрали тёплый пол, поэтому плиткой планировали облицевать и первый, и второй этажи. Хорошая керамика стоит дорого, но выход нашли в виде разорившейся фирмы, которая распродавала остатки.
Идея и решение: Рисунок пола в гостиной напоминает… окна в Доме Мельникова. Ассоциация здесь прямая: здание, которое построил для своей семьи архитектор — один из первых круглых домов в Москве. На кухне — те же цвета, но другая раскладка: здесь использовали шахматный рисунок.
Идея и решение: Рисунок пола в гостиной напоминает… окна в Доме Мельникова. Ассоциация здесь прямая: здание, которое построил для своей семьи архитектор — один из первых круглых домов в Москве. На кухне — те же цвета, но другая раскладка: здесь использовали шахматный рисунок.
В двусветной гостиной трудно не обратить внимание на большую люстру: «Это называется “300 рублей в ИКЕА на распродаже”», — рассказывает Артём. — Сами колпаки из мятой бумаги, а для подвесов я использовал остатки материалов с веревочного парка. Внутри стоит wi-fi реле, так что в какой-то степени это “Умный дом”».
Другая группа светильников в гостиной сделана из буйков от рыболовных сетей, которые владельцы нашли на Земле Франца-Иосифа — самом близком к Северному полюсу участке суши. А вот потолочные балки — из заброшенного хутора в Краснодарском крае, куда Артём специально ездил за старыми материалами.
«Использовать предметы много раз — это концептуально правильно с точки зрения экологии. По этой же причине мы сортируем мусор, собираем пластик несколькими семьями. Нас вообще волнуют вопросы экологии, потому что мы много времени проводит на природе и видим, как она меняется. На берегах Волги ещё 15 лет назад было чисто, сейчас же можно поехать разве что в кемпинг, где уборкой мусора занимаются за деньги», — рассказывает Артём. Кстати, сферы — самый экологичный тип кровли: на их производство уходит на 30% меньше материалов, чем на любую другую конструкцию.
Доски на стенах второго этажа — ещё один пример повторного использования материалов. Из них строили массогабаритную модель того самого убежища на Эльбрусе. А когда разобрали, использовали в интерьере.
«Такие конструкции очень тяжело считать в объёме компьютерными методами, приходится делать макетирование, иногда — полноразмерное. Диаметр убежища составляет около пяти метров, высота три метра — хватило на облицовку стен. В доме есть что-то из арктических экспедиций, что-то привезено с гор. Дом как место должен быть таким, чтобы вдохновлял тебя на путешествия — вот мы и собираем интерьер из разных кусочков», — рассказывают владельцы.
«Такие конструкции очень тяжело считать в объёме компьютерными методами, приходится делать макетирование, иногда — полноразмерное. Диаметр убежища составляет около пяти метров, высота три метра — хватило на облицовку стен. В доме есть что-то из арктических экспедиций, что-то привезено с гор. Дом как место должен быть таким, чтобы вдохновлял тебя на путешествия — вот мы и собираем интерьер из разных кусочков», — рассказывают владельцы.
Двери в доме тоже разные — с профильного склада в одной из московских промзон, которую недавно снесли. Забрать отказные полотна с небольшими дефектами предложил знакомый, который работал в этой сфере, иначе двери оказались бы под бульдозером. Из подвала вытащили двести полотен и два дня их сортировали: в это время несколько друзей тоже строили дома. Проектируя дом, Артём сверялся с таблицей дверей и постарался сделать проёмы одинаковыми хотя бы по размеру.
Ограждения в доме — достаточно тонкие: Артём и Мария выступают против тепличных условий и гиперопеки. «Можно сделать глухие перила и отгородиться от всего мира, но проще научить детей вести себя безопасно, они должны осознавать определенный уровень угрозы. Я уже 15 лет строю веревочные парки и читал достаточно много исследований: чем более безопасные площадки придумывали в Скандинавии, тем более изощренные способы травмироваться находили дети. При этом травм не стало меньше. На самом деле дети ищут способы получить выброс адреналина и эндорфинов в кровь, для них это система обучения. Если они не получают этот опыт в детстве, то не учатся ответственности за свои поступки. И это один из принципов, заложенных при проектировании дома», — рассказывает Артем.
«Человек проводит лучшие годы в доме родителей. И от того, что он увидит и запомнит, зависит его мировосприятие. Это может быть темный подъезд городской многоэтажки или светлый предбанник маленького собственного дома. Если наш опыт, расчеты и пример помогут кому-то, мы будем считать свой долг выполненным», — резюмируют Артём и Мария.
МЫ ЛЮБИМ ХОДИТЬ В ГОСТИ…
Хотите стать героем следующей статьи? Напишите на editorial@flatica.ru и приложите несколько фотографий своего интерьера (достаточно съёмки на смартфон). Мы обязательно свяжемся с вами, если примем решение о публикации!
МЫ ЛЮБИМ ХОДИТЬ В ГОСТИ…
Хотите стать героем следующей статьи? Напишите на editorial@flatica.ru и приложите несколько фотографий своего интерьера (достаточно съёмки на смартфон). Мы обязательно свяжемся с вами, если примем решение о публикации!
Olga Gr
6 л.