Два года назад архитектор Крис Дайсон (Chris Dyson) решил обновить свой дом в центре Лондона. Особняк был построен в 1720-х годах в Спиталфилдс: районе, где в XVIII веке жили гугеноты ─ протестанты, бежавшие из Франции в XVI-XVII веках из-за преследований со стороны католиков. Многие из них осели в Спиталфилдс и основали там шелкопрядильные мануфактуры.
Дом сильно обветшал, но стал идеальным полем для творческих экспериментов Криса, который уже много лет реставрировал старинные дома и теперь решил заняться собственным жильем. Архитектор хотел воссоздать оригинальную атмосферу начала XVIII века, и ему это удалось благодаря капитальному ремонту фасада и тщательному подбору предметов интерьера. Сейчас Крис живет в этом доме со своей семьей. Обширная коллекция антиквариата, фарфора и произведений искусства создает в доме неповторимое сочетание уюта и творческой энергии. «Я учился на факультете истории искусства и изучал архитектуру, поэтому привык коллекционировать красивые вещи», — делится Крис.
О проекте
Место: район Спиталфилдс, Лондон, Великобритания
Размер: 3 спальни, 2 санузла
Кто здесь живет: архитектор Крис Дайсон и четверо членов его семьи
Дом сильно обветшал, но стал идеальным полем для творческих экспериментов Криса, который уже много лет реставрировал старинные дома и теперь решил заняться собственным жильем. Архитектор хотел воссоздать оригинальную атмосферу начала XVIII века, и ему это удалось благодаря капитальному ремонту фасада и тщательному подбору предметов интерьера. Сейчас Крис живет в этом доме со своей семьей. Обширная коллекция антиквариата, фарфора и произведений искусства создает в доме неповторимое сочетание уюта и творческой энергии. «Я учился на факультете истории искусства и изучал архитектуру, поэтому привык коллекционировать красивые вещи», — делится Крис.
О проекте
Место: район Спиталфилдс, Лондон, Великобритания
Размер: 3 спальни, 2 санузла
Кто здесь живет: архитектор Крис Дайсон и четверо членов его семьи
Изначально дом строили для доктора, но когда архитектор Крис Дайсон купил здание, весь первый этаж занимал магазин с подвесным потолком, большой стеклянной витриной и неказистой пристройкой во дворе.
Последний раз дом реставрировали в 1950-х, но новые окна и выстроенная тогда же пристройка не соответствовали историческому стилю здания. «Давно было пора восстановить первоначальную архитектуру», ─ говорит Крис. Первым делом он снес пристройку, и весь первый этаж сразу же наполнился естественным светом. Затем установил новые окна со стальными переплетами в задней части дома и с деревянными (более соответствующими историческому периоду) со стороны фасада.
Последний раз дом реставрировали в 1950-х, но новые окна и выстроенная тогда же пристройка не соответствовали историческому стилю здания. «Давно было пора восстановить первоначальную архитектуру», ─ говорит Крис. Первым делом он снес пристройку, и весь первый этаж сразу же наполнился естественным светом. Затем установил новые окна со стальными переплетами в задней части дома и с деревянными (более соответствующими историческому периоду) со стороны фасада.
В этой гостиной на первом этаже раньше находился магазин. Для создания более домашней атмосферы Крис решил демонтировать большое окно витрины и поставить вместо него два — с деревянными переплетами в георгианском стиле.
Полы почти во всем доме дубовые и объединяют переходы из комнаты в комнату. Они прекрасно сочетаются с предметами антиквариата и разнообразными арт-объектами, часть из которых архитектор унаследовал, а часть собирал сам на протяжении многих лет.
Распашные двери в мавританском стиле (слева от окна) Крис спроектировал сам: «Они моментально привлекают к себе внимание, потому что сильно отличаются по стилю». Створки дверей выполнены из древесины хвойных пород и покрыты краской цвета Mahogany от Farrow & Ball.
Люстра: блошиный рынок Old Spitalfields Market
Полы почти во всем доме дубовые и объединяют переходы из комнаты в комнату. Они прекрасно сочетаются с предметами антиквариата и разнообразными арт-объектами, часть из которых архитектор унаследовал, а часть собирал сам на протяжении многих лет.
Распашные двери в мавританском стиле (слева от окна) Крис спроектировал сам: «Они моментально привлекают к себе внимание, потому что сильно отличаются по стилю». Створки дверей выполнены из древесины хвойных пород и покрыты краской цвета Mahogany от Farrow & Ball.
Люстра: блошиный рынок Old Spitalfields Market
Стены этой комнаты обшиты панелями. «Панели больше соответствовали тому образу, который мы пытались воссоздать, ─ объясняет Крис. ─ Они придают интерьеру выразительности и смотрятся теплее и привлекательнее, чем ровная оштукатуренная поверхность».
Внимательный наблюдатель заметит, что ниша слева от камина выглядит более старой, чем та, что справа. Дело в том, что когда Крис купил дом, в нем была только левая ниша, оставшаяся в доме с начала XVIII века. Она так приглянулась архитектору, что было решено повторить проем — по другую сторону камина. На полках в обеих нишах выставлены предметы, которые хозяин дома унаследовал, привез из путешествий или купил на блошиных рынках и аукционах. Деревянное кресло Крис нашел на улице, а инструменты для ухода за камином купил на распродаже на севере Англии.
Диван: Lots Road Auctions; картина над камином: худ. Фиона Маклин (Fiona Maclean); синяя ваза: Andrew Coram’s Antique Shop; краска для стен: Light Gray, Farrow & Ball
Внимательный наблюдатель заметит, что ниша слева от камина выглядит более старой, чем та, что справа. Дело в том, что когда Крис купил дом, в нем была только левая ниша, оставшаяся в доме с начала XVIII века. Она так приглянулась архитектору, что было решено повторить проем — по другую сторону камина. На полках в обеих нишах выставлены предметы, которые хозяин дома унаследовал, привез из путешествий или купил на блошиных рынках и аукционах. Деревянное кресло Крис нашел на улице, а инструменты для ухода за камином купил на распродаже на севере Англии.
Диван: Lots Road Auctions; картина над камином: худ. Фиона Маклин (Fiona Maclean); синяя ваза: Andrew Coram’s Antique Shop; краска для стен: Light Gray, Farrow & Ball
Дальняя часть гостиной на первом этаже служит небольшой столовой. Дизайн стола с раздвижными ножками и откидной крышкой разработал тесть архитектора. При необходимости стол можно сложить и придвинуть к стене, что приходится очень кстати во время художественных выставок, которые хозяин время от времени устраивает у себя дома.
В центре композиции стоит большая ваза, которую Крис купил на цветочном рынке Columbia Road. «Вообще-то я хотел поставить эту вазу в саду за домом, но она не проходит сквозь заднюю дверь, поэтому мы решили оставить ее здесь», ─ смеется хозяин.
Люстра: Maison Trois Garcons
В центре композиции стоит большая ваза, которую Крис купил на цветочном рынке Columbia Road. «Вообще-то я хотел поставить эту вазу в саду за домом, но она не проходит сквозь заднюю дверь, поэтому мы решили оставить ее здесь», ─ смеется хозяин.
Люстра: Maison Trois Garcons
Лестничный колодец сплошной стеной ограждать не стали и отдали предпочтение легкой стеклянной перегородке. «Так на лестницу попадает свет из окон первого этажа», ─ объясняет Крис.
Краска для стеновых панелей: Off White, Farrow & Ball; рекламный постер: блошиный рынок Old Spitalfields Market
Краска для стеновых панелей: Off White, Farrow & Ball; рекламный постер: блошиный рынок Old Spitalfields Market
Каждая ступень — отсек для хранения, так что круглые отверстия в них нужны для естественной вентиляции. К тому же, они создают интересный визуальный эффект, заставляя взгляд стремиться вверх.
Цокольный этаж раньше использовался как склад и бойлерная. Крису понадобилось четыре месяца, чтобы превратить его в кухню. Архитектор хотел, чтобы новое помещение получилось теплым и гостеприимным. «Мы обшили стены панелями, проложили теплый пол и наполнили кухню вещами, которые ассоциируются с домашним уютом», — говорит Крис. Компания John Russell Architectural изготовила мебель из белой крашеной фанеры со столешницей из американского ореха по эскизам хозяина дома.
Чтобы помещение на цокольном этаже казалось светлее, Крис покрасил стены и потолок в белый цвет ─ свет буквально отскакивает от глянцевых поверхностей и распространяется по всей кухне. «В качестве напольного покрытия мы выбрали резину ─ она тонкая, прочная, приятная на ощупь и прекрасно подходит для прокладки теплого пола», ─ рассказывает Крис.
Краска для стен и потолка: All White, Farrow & Ball; резиновое напольное покрытие: Nora, Freudenberg
Чтобы помещение на цокольном этаже казалось светлее, Крис покрасил стены и потолок в белый цвет ─ свет буквально отскакивает от глянцевых поверхностей и распространяется по всей кухне. «В качестве напольного покрытия мы выбрали резину ─ она тонкая, прочная, приятная на ощупь и прекрасно подходит для прокладки теплого пола», ─ рассказывает Крис.
Краска для стен и потолка: All White, Farrow & Ball; резиновое напольное покрытие: Nora, Freudenberg
Стену столовой, которая располагается рядом с кухней, украшает сделанный на заказ стеллаж, где выставлена семейная коллекция фарфора из Голландии и Китая. Дизайн стеллажа немного напоминает классический английский буфет, но смотрится менее громоздко.
Крис спроектировал обеденный стол из американского черного ореха, который сделал дизайнер мебели Мэтью Хилтон (Matthew Hilton). Темная массивная мебель выразительно контрастирует с изящным фарфором на полках.
Обеденный стол: выполнен Мэтью Хилтоном; обеденные стулья: разработаны и выполнены Мэтью Хилтоном; краска для стеллажа: All White, Farrow & Ball
Крис спроектировал обеденный стол из американского черного ореха, который сделал дизайнер мебели Мэтью Хилтон (Matthew Hilton). Темная массивная мебель выразительно контрастирует с изящным фарфором на полках.
Обеденный стол: выполнен Мэтью Хилтоном; обеденные стулья: разработаны и выполнены Мэтью Хилтоном; краска для стеллажа: All White, Farrow & Ball
Для гостиной второго этажа Крис нашел колонны, которые задали тон всей комнате. Обрамление камина деревянное, но покрашено под мрамор декоратором Яном Харпером (Ian Harper). Стеновые панели, деревянные ставни и чугунные радиаторы дополняют историческую обстановку комнаты.
В стену над камином встроен потайной книжный шкаф. «Думаю, что книги и телевизоры чересчур загромождают интерьер гостиных. Мне была нужна пустая стена, на которую я мог бы повесить
картину», ─ объясняет Крис. Такой инновационный дизайн книжного шкафа увеличивает место для хранения, не нарушая общую эстетику.
Графика: худ. Мартин Ричман (Martin Richman); кресла: Wing, Matthew Hilton; лампа: Maison Trois Garcons
В стену над камином встроен потайной книжный шкаф. «Думаю, что книги и телевизоры чересчур загромождают интерьер гостиных. Мне была нужна пустая стена, на которую я мог бы повесить
картину», ─ объясняет Крис. Такой инновационный дизайн книжного шкафа увеличивает место для хранения, не нарушая общую эстетику.
Графика: худ. Мартин Ричман (Martin Richman); кресла: Wing, Matthew Hilton; лампа: Maison Trois Garcons
Дальняя часть гостиной ─ укромный уголок, где можно отдохнуть или почитать книгу. Света здесь достаточно, благодаря стеклянной двери, которая ведет на балкон. Четкие геометрические переплеты двери и окон создают неожиданный индустриальный контраст на фоне классического интерьера комнаты.
Фигурка броненосца: блошиный рынок Old Spitalfields Market; диван с полосатой обивкой: куплен на аукционе, Dorotheum; ткань для штор: Hussain Tailoring
Фигурка броненосца: блошиный рынок Old Spitalfields Market; диван с полосатой обивкой: куплен на аукционе, Dorotheum; ткань для штор: Hussain Tailoring
Цокольный и первый этаж выходят в сад, засаженный разными видами папоротника, на втором этаже есть балкон. Крис решил заново обить деревянными досками задний фасад, потому что старая облицовка обветшала.
На третьем этаже находятся две спальни и ванная, а также лестница в мансарду, где расположилась хозяйская спальня и ванная. Крис заменил все лестничные балюстрады в доме — новые изготовили из дерева хвойных пород и покрасили в коричневато-красный цвет.
Напольные часы сделаны во Франции в XVII веке. Их вручную расписанная поверхность имитирует
рисунок экзотической древесины.
Напольные часы сделаны во Франции в XVII веке. Их вручную расписанная поверхность имитирует
рисунок экзотической древесины.
Большое помещение в мансарде в разные годы использовалось по-разному. «Тем не менее, здесь всегда была одна большая комната, ─ говорит Крис. ─ Когда-то это был мой кабинет, именно здесь я основал свою компанию. Но потом мы решили сделать из него спальню».
В этой же комнате расположена хозяйская ванная. «Мы хотели, чтобы освещение спальни и ванной было одинаковым, поэтому не стали возводить двери и перегородки», ─ объясняет архитектор. Ванна и раковина находятся слева от встроенного шкафа (в левом ближнем углу снимка). Туалет ─ на лестничной площадке между третьим этажом и мансардой.
Банкетка, напольное покрытие: Solid Floor; кровать: ИКЕА; ткань для штор: Hussain Tailoring
В этой же комнате расположена хозяйская ванная. «Мы хотели, чтобы освещение спальни и ванной было одинаковым, поэтому не стали возводить двери и перегородки», ─ объясняет архитектор. Ванна и раковина находятся слева от встроенного шкафа (в левом ближнем углу снимка). Туалет ─ на лестничной площадке между третьим этажом и мансардой.
Банкетка, напольное покрытие: Solid Floor; кровать: ИКЕА; ткань для штор: Hussain Tailoring
Такую ванну Крис видел в отеле Shoreditch House в Лондоне, и она ему сразу приглянулась. «В отеле я спросил, какая компания произвела эту ванну, и все остальное подбирал уже в соответствии с ней», ─ говорит он. Эта медная купель с никелированным покрытием выглядит просто потрясающе, и ее прекрасно видно из любого места в спальне. Можно сказать, что это одновременно и ванна, и арт-объект.
Ванна: Bateau, William Holland
СТАТЬИ ПО ТЕМЕ…
Лофты | Скандинавские | Загородные дома | Квартиры | Маленькое жилье | Houzz в гостях |
Houzz в мире |США и Канада | Европа | Австралия
Ванна: Bateau, William Holland
СТАТЬИ ПО ТЕМЕ…
Лофты | Скандинавские | Загородные дома | Квартиры | Маленькое жилье | Houzz в гостях |
Houzz в мире |США и Канада | Европа | Австралия