Заказчики — большие любители Тосканы — очень хотели, чтобы новый дом стал отражением их эмоциональной связи с любимым регионом Италии. «Проект дома уже был готов, и мы не стали его как-то перерабатывать, оставили практически все как есть, — рассказывает архитектор киевской студии Baraban+ Константин Ершов. — Но эту оболочку мы попробовали немного состарить, создать ощущение, что это замок, который стоит тут уже много лет, за ним история и традиции, а все современное, довольно смелое наполнение интерьеров существует как-то независимо от этого «старого» фона, не нарушая его спокойного существования».
Работа шла не просто. Два с половиной года архитекторы, как заправские режиссеры, выстраивали сценографию проекта, стремясь найти собственное настроение для каждой комнаты дома. «Мы всегда предлагали несколько вариантов, пробовали, искали, полностью меняли концепцию, ловя какую-то идею или увидев новую коллекцию. Делали бесконечные перестановки, пока не убедились, что буквально каждый предмет находится на своем, единственно возможном месте, как будто он вырос в этом доме», — подчеркивает Константин.
Работа шла не просто. Два с половиной года архитекторы, как заправские режиссеры, выстраивали сценографию проекта, стремясь найти собственное настроение для каждой комнаты дома. «Мы всегда предлагали несколько вариантов, пробовали, искали, полностью меняли концепцию, ловя какую-то идею или увидев новую коллекцию. Делали бесконечные перестановки, пока не убедились, что буквально каждый предмет находится на своем, единственно возможном месте, как будто он вырос в этом доме», — подчеркивает Константин.
О проекте
Место: Отдаленное место под Киевом
Размер: Общая площадь — 985 кв.м, высота потолков первого этажа около 3,6 м, второго — порядка 3 м
Кто здесь живет: Семья с мальчиком подростком
Автор проекта: Дизайн-студия Baraban+, главный архитектор Николай Гулык
Заказчики выбрали тихое, уединенное место на берегу Днепра, в отдалении от всех населенных пунктов. Автор первоначального проекта очень точно вписал постройку в ландшафт: учитывалась роза ветров, просчитывались панорамные виды — так что скругленная форма дома совсем не случайна.
Место: Отдаленное место под Киевом
Размер: Общая площадь — 985 кв.м, высота потолков первого этажа около 3,6 м, второго — порядка 3 м
Кто здесь живет: Семья с мальчиком подростком
Автор проекта: Дизайн-студия Baraban+, главный архитектор Николай Гулык
Заказчики выбрали тихое, уединенное место на берегу Днепра, в отдалении от всех населенных пунктов. Автор первоначального проекта очень точно вписал постройку в ландшафт: учитывалась роза ветров, просчитывались панорамные виды — так что скругленная форма дома совсем не случайна.
С противоположной стороны дом «обнимает» итальянскую мощеную пьяццу (площадь) с фонтаном. Важная для формирования образа башня нарушает симметрию фасада, но с точки зрения организации внутреннего пространства она не слишком удачно расположена. Так что никакую прекрасную принцессу здесь поселить не удалось. «Башня уже была предусмотрена проектом, и мы долго думали, как ее использовать, но в результате разместили лишь технические помещения», — расстраиваются архитекторы.
При входе устроена промежуточная зона отдыха — открытая, но защищенная от капризов погоды. «Конструкция дома предусматривала некий тамбур, но он, судя по всему, планировался закрытым, и нам пришлось несколько доработать решение», — рассказывает Константин.
Оформление дверей также заимствовано у итальянцев, которые любят настоящие клепаные решетки. Архитекторы взяли обычные щитовые двери и сделали «разбивку» при помощи деревянных реек. Кованая фурнитура и гвоздики в местах пересечения также важны для полноты впечатления.
Оформление дверей также заимствовано у итальянцев, которые любят настоящие клепаные решетки. Архитекторы взяли обычные щитовые двери и сделали «разбивку» при помощи деревянных реек. Кованая фурнитура и гвоздики в местах пересечения также важны для полноты впечатления.
На первом этаже традиционно расположены общественные пространства. Штукатурка здесь специально состарена. «Нам хотелось добиться впечатления, будто ее сто раз мыли», — объясняет Константин. Пол выложен особой шестигранной плиткой, при этом уложена она неровно: подчеркивая изгиб помещений, постепенно увеличиваются промежутки между плитками.
«Мы долго не могли понять, что делать с перилами. От кованых пришлось отказаться — показалось, слишком вычурно. В результате остановились на цельных массивных перилах из бетона. Чтобы несколько «расцветить» интерьер входной зоны, торцы ступенек выложили плиткой с ярким рисунком из той же коллекции что и на полу», — рассказывает архитектор.
«Мы долго не могли понять, что делать с перилами. От кованых пришлось отказаться — показалось, слишком вычурно. В результате остановились на цельных массивных перилах из бетона. Чтобы несколько «расцветить» интерьер входной зоны, торцы ступенек выложили плиткой с ярким рисунком из той же коллекции что и на полу», — рассказывает архитектор.
Для гостевого санузла на первом этаже нашли привлекающую внимание керамическую раковину, глазурованную под серебро, и малозаметный черный унитаз. Зеркало с «рваными» краями на самом деле сделано из полированной нержавейки. «Такую сложную форму невозможно вырезать из стекла», — уверены авторы проекта.
В гостиной заказчики хотели видеть роспись на стенах. Архитекторы по-своему ответили на их просьбу. «Вместе с художником мы рассматривали множество разных вариантов, пока не наткнулись на обои с изображением деревьев и веток. Сразу возникла идея соединить природные мотивы с элементами классической архитектуры — сделать лес, но только из колонн». Массивный белый камин из камня, люстра в барочном стиле и кожаная мебель делают пространство максимально насыщенным и ярким. Немного в духе барона Мюнхгаузена.
«Если хотите, можете назвать это китчем, но мы просто стараемся использовать сильные детали, контрастирующие с фоном и меняющие восприятие всего пространства», — резюмирует Константин. Еще один такой элемент, не попавший, к сожалению, в объектив фотокамеры — голова оленя, обтянутая настоящим гобеленом XIX века. «Мы заметили его на какой-то мебельной выставке и попытались приобрести. Фирма отказалась продавать стендовый образец. С большим трудом, но мы все таки их уговорили».
Мебель: Baxter
«Если хотите, можете назвать это китчем, но мы просто стараемся использовать сильные детали, контрастирующие с фоном и меняющие восприятие всего пространства», — резюмирует Константин. Еще один такой элемент, не попавший, к сожалению, в объектив фотокамеры — голова оленя, обтянутая настоящим гобеленом XIX века. «Мы заметили его на какой-то мебельной выставке и попытались приобрести. Фирма отказалась продавать стендовый образец. С большим трудом, но мы все таки их уговорили».
Мебель: Baxter
Камин, украшенный фамильным гербом, сложен действительно из каменных блоков и потому невероятно тяжел. А в его трубу легко пролезет не только миниатюрный трубочист, но и корпулентный Дед Мороз. «Таких больших каминов в нашей практике еще не было, — признается Константин, — каменщики даже опасались, что возникнут сложности с топкой, но, вроде бы, все в порядке».
Второй камин сложен из старинного кирпича, собранного при разборе аварийных домов. «Каждый кирпичик пришлось отмачивать в специальном растворе, пока сохранившиеся фрагменты раствора и штукатурки ни наберут влагу, и потом аккуратно чистить», — открывает секреты архитектор. Эффектный зонт выполнен из меди и защищен изнутри слоем теплоизоляции, так что обжечься об него нельзя.
В оформлении кухни, логично расположенной по соседству со второй каминной зоной, архитекторы неожиданно используют приемы характерные скорее для лофтовых пространств. В качестве материала фасадов выбрана нержавейка. Но металлические шкафы и детали, в соответствии с общей концепцией, не нарушают «оболочку» дома, а демонстративно дистанцируются от нее, осторожно формируя новую среду внутри как бы старого дома. Рядом с кухней расположена отдельная столовая на 16 человек.
Остров со встроенной варочной панелью выполнен из массива ореха. За ним можно не только готовить, но и быстро выпить кофе или перекусить в узком кругу. «Хотелось, чтобы остров напоминал такой грубый, старый верстак, на котором лет 200 собирали мебель, а теперь он обрел новое предназначение», — раскрывает идею Константин.
Даже в спальню хозяев проникает грубый металлический задник и становится в изголовье. «Из всех предложенных нами кроватей заказчица выбрала самую «женскую», — признается Константин. — На наш взгляд, это был далеко не самый интересный из предложенных вариантов, но мы всегда прислушиваемся к мнению владельцев, не навязываем им свое видение. Просто сглаживаем шероховатости и вписываем то или иное решение в общую концепцию. В данном случае нам было важно обозначить присутствие в комнате и мужского начала. В результате брутальный лист металла активно контрастирует и выгодно оттеняет легкую, светлую кровать с тонкими резными стойками, создавая даже некоторое напряжение».
Стол и кресла: Giorgetti
Рабочее место находится тут же, в спальне. «Заказчики внимательно соблюдают церемониал приема гостей, но в быту они вполне современные люди, лишенные предрассудков, — делится архитектор. — Мы предлагали им немного изменить планировку и все-таки организовать отдельный, полноценный кабинет, но они отказались, решив что спальня достаточно просторная, а иметь в ней письменный стол даже удобней — это экономит время». Сам стол и два серых кресла с тканевой обивкой не новые, хозяева попросили перенести их из другого своего жилья. Но авторам проекта удалось вполне органично вписать их в новый интерьер.
Рабочее место находится тут же, в спальне. «Заказчики внимательно соблюдают церемониал приема гостей, но в быту они вполне современные люди, лишенные предрассудков, — делится архитектор. — Мы предлагали им немного изменить планировку и все-таки организовать отдельный, полноценный кабинет, но они отказались, решив что спальня достаточно просторная, а иметь в ней письменный стол даже удобней — это экономит время». Сам стол и два серых кресла с тканевой обивкой не новые, хозяева попросили перенести их из другого своего жилья. Но авторам проекта удалось вполне органично вписать их в новый интерьер.
Архитекторы Baraban+ уже не в первый раз рискуют и делают в санузлах деревянный пол. «Нам очень важно единство материала и отсутствие смены тактильных ощущений. Только так можно добиться цельности пространства с точки зрения «пользователя», — объясняют они свою смелость.
Естественно, для санузла подбирается специальная доска с защитной пропиткой. Более того, она даже сертифицирована для установки системы «теплый пол». Поддерживая концепцию старого дома, доску выбрали как бы «видавшую виды»: со множеством неровностей и изъянов. Тем активнее на этом фоне смотрится современная, лаконичная сантехника.
Напольная доска: Ruda; сантехника: Agape
Естественно, для санузла подбирается специальная доска с защитной пропиткой. Более того, она даже сертифицирована для установки системы «теплый пол». Поддерживая концепцию старого дома, доску выбрали как бы «видавшую виды»: со множеством неровностей и изъянов. Тем активнее на этом фоне смотрится современная, лаконичная сантехника.
Напольная доска: Ruda; сантехника: Agape
Душ в хозяйском санузле решен в виде прозрачного стеклянного куба. Но установлен он на фоне серого, массивного задника, выложенного плитами натурального камня с неоднородной фактурой. Таким образом использованный в спальне прием не просто повторяется, а усиливается.
Гардеробная: Rimadesio
Проходная гардеробная хозяев дома связана и со спальней (правая дверь), и с санузлом (левая дверь). Архитекторы выбрали систему с затененными стеклянными створками: в обычной ситуации через них почти ничего не видно, но если включить подсветку, то можно легко найти нужный костюм или платье, не открывая шкафов.
В самом центре установили витрину со шляпами и сумочками. Это очень важный элемент: во-первых, можно быстро выбрать неоходимый аксесуар, а во-вторых, при необходимости, ненавязчиво продемонстрировать коллекционные и памятные предметы.
Проходная гардеробная хозяев дома связана и со спальней (правая дверь), и с санузлом (левая дверь). Архитекторы выбрали систему с затененными стеклянными створками: в обычной ситуации через них почти ничего не видно, но если включить подсветку, то можно легко найти нужный костюм или платье, не открывая шкафов.
В самом центре установили витрину со шляпами и сумочками. Это очень важный элемент: во-первых, можно быстро выбрать неоходимый аксесуар, а во-вторых, при необходимости, ненавязчиво продемонстрировать коллекционные и памятные предметы.
Диван: Roche Bobois; деревянный торшер: Moooi
На втором этаже организовано отдельное пространство для детского досуга. Массивная колонна делит его на учебную и игровую зоны. Последняя оборудована приставкой с большим экраном, мольбертом и низким трансформируемым диваном, составленным из пуфов. Их можно разбросать буквально по всей комнате, мгновенно приспособив ее под любое развлечение.
Копия работы Роя Лихтенштейна — одна из немногих картин, подобранных для проекта архитекторами. Вообще, картин в доме много, но почти все они из коллекции заказчиков. «Мы сознательно постарались повесить их несколько странно и нелогично — не так, как в музее. Будто это не произведения искусства, а просто цветовые пятна, к которым, тем не менее, необходимо отнестись со всем уважением», — улыбается Константин.
На втором этаже организовано отдельное пространство для детского досуга. Массивная колонна делит его на учебную и игровую зоны. Последняя оборудована приставкой с большим экраном, мольбертом и низким трансформируемым диваном, составленным из пуфов. Их можно разбросать буквально по всей комнате, мгновенно приспособив ее под любое развлечение.
Копия работы Роя Лихтенштейна — одна из немногих картин, подобранных для проекта архитекторами. Вообще, картин в доме много, но почти все они из коллекции заказчиков. «Мы сознательно постарались повесить их несколько странно и нелогично — не так, как в музее. Будто это не произведения искусства, а просто цветовые пятна, к которым, тем не менее, необходимо отнестись со всем уважением», — улыбается Константин.
Спальня сына делалась, что называется, на вырост. «Детские» мотивы остались в игровой зоне, а здесь все предельно серьезно. Пожалуй, только гигантский кот с трогательным красным сердечком на носу несколько смягчает общую серьезность. «Ставилась задача сразу показать владельцу этой комнаты, что его жизнь мало чем отличается от взрослой», — комментирует архитектор.
Приватную часть детской зоны дополнительно выделили рисунком паркета. Прямые, строгие линии делают комнаты более современными, но решение это изначально вынужденное. «Очень трудно уложить паркет «елочкой» в радиусном помещении, — признаются авторы проекта. — Мы перебрали много бригад, но даже те, кто готов был взяться за работу и обещал все «сделать в лучшем виде», не могли показать образец. Решено было отказаться от этой идеи, хотя заказчикам она нравилась».
Приватную часть детской зоны дополнительно выделили рисунком паркета. Прямые, строгие линии делают комнаты более современными, но решение это изначально вынужденное. «Очень трудно уложить паркет «елочкой» в радиусном помещении, — признаются авторы проекта. — Мы перебрали много бригад, но даже те, кто готов был взяться за работу и обещал все «сделать в лучшем виде», не могли показать образец. Решено было отказаться от этой идеи, хотя заказчикам она нравилась».
Детский санузел решен как гостиная: тот же деревянный пол (все, опять же, безопасно и защищено от протекания), диванчик, ковер. В качестве основного декоративного элемента архитекторы использовали мотивы морских глубин, всегда особенно привлекательные для мальчиков. «Эта ванная комната несколько выделяется из общей стилистики дома, — полагает Константин, — Получилось такое вневременное, внестилистическое решение».
Если фотографию поместить в другой визуальный ряд, не сразу очевидно из какого проекта она позаимствована. Что касается стены с медузами, то это настенные панели, залитые специальной смолой. Получается эффектное и при том водонепроницаемое покрытие. «Стена с медузами — едва ли не единственный «глянцевый» элемент во всем доме. Хозяева просили нас не использовать яркие, блестящие поверхности, но в данном случае было важно создать эффект загадочной толщи воды», — замечает архитектор.
Если фотографию поместить в другой визуальный ряд, не сразу очевидно из какого проекта она позаимствована. Что касается стены с медузами, то это настенные панели, залитые специальной смолой. Получается эффектное и при том водонепроницаемое покрытие. «Стена с медузами — едва ли не единственный «глянцевый» элемент во всем доме. Хозяева просили нас не использовать яркие, блестящие поверхности, но в данном случае было важно создать эффект загадочной толщи воды», — замечает архитектор.
В одной из низких боковых пристроек расположен бассейн. По настоятельной просьбе хозяев дома он полностью лишен каких-либо мозаичных вставок. Вместо них для отделки чаши авторы использовали плитку, причем неоднородную по цвету. «Мы выбрали хаотичное сочетание черных, серых, коричневых и странных ржаво-зеленых фрагментов, — вспоминает Константин. — Специалисты опасались, что бассейн из-за этого будет напоминать какое-то болото, и плавать в нем никто не захочет. Но когда работы были завершены и включили подсветку, стало очевидно, что наш прием сработал: бассейн смотрится эффектно и дорого. С мозаикой даже сравнивать нечего!».
ПРЕДЛОЖИТЕ СВОЙ ПРОЕКТ ДЛЯ ПУБЛИКАЦИИ…
Загрузите фотосъемку в свой профиль на Houzz, отправьте ссылку и краткое описание проекта на editorial@flatica.ru. Мы обязательно свяжемся с вами, если примем решение о публикации.
ПРЕДЛОЖИТЕ СВОЙ ПРОЕКТ ДЛЯ ПУБЛИКАЦИИ…
Загрузите фотосъемку в свой профиль на Houzz, отправьте ссылку и краткое описание проекта на editorial@flatica.ru. Мы обязательно свяжемся с вами, если примем решение о публикации.
trionfo
10 л.