Houzz Испания: Необычный бетонный дом с античными чертами

Должны ли у дома быть стандартные размеры? И должен ли он быть построен из привычных материалов? Именно такие вопросы сформулировал для себя архитектор Мойзес Ройо, чтобы найти ответы в своем новом проекте. Молодой специалист, получивший образование в Мадриде и Нью-Йорке, построил здание с нуля и практически на пустом месте — без привязки к элементам городской среды, которые могли бы помочь размышлять над стилистикой и концепцией дома.

О проекте
Место: Сьюдад-Реаль. Дом находится на окраине, которая пока только застраивается
Кто здесь живет: Семья с тремя детьми в возрасте от 12 до 19 лет
Автор проекта: Мойзес Ройо (Moisés Royo), MUKA Arquitectura. В создании проекта также принимали участие Мария Бона (María Bona), Аделина де ла Круз (Adelina de la Cruz), Мартин Харио (Martín Jario) и Альберто Мартин (Alberto Martín)

Интересные факты: Заказчики хотели видеть в доме четыре спальни, кабинет, большую гостиную и удобную кухню. Дополнительным требованием была возможность полного обзора дома из главной спальни

Местный закон требовал, чтобы к обеим боковым стенам можно было пристроить новые сооружения, так что Мойзес организовал их как два остроконечных объема с двускатной крышей. Между ними разместились служебные помещения и сердце дома — двухсветное пространство, которое совсем не похоже на жилые помещения, к которым мы привыкли.

Три остекленных блока, считываемые на фасаде, имитируют ритм дорожного движения. Этот прием слегка напоминает своей торжественностью портик античного здания — Мойзеса вдохновил шестиколонный фасад храма в Сегесте на Сицилии.

Дом возвышается как «первая деталь урбанистического паззла, которая задает основополагающий тон в будущем облике квартала в Сьюдад-Реаль», — отмечает архитектор. Полностью этот проект раскроется, когда застроят остальные участки нового района.

В центре дома — большое двухсветное пространство, ограниченное по краям двумя внешними секциями. Здесь нет ни вертикального, ни горизонтального дробления, так что жизнь семьи проходит в гостиной.

Отсюда можно попасть во все прочие помещения дома. Два деревянных блока с вертикальными системами подъема и горизонтальный подвесной мостик решают проблему перемещения.

Два блока боковых стен связывает мостик. Вечерний свет смягчается, попадая в дом сквозь панорамное остекление основного фасада, ориентированного на северо-запад, и играет с текстурой бетонной стены — она закрывает гостиную с противоположной стороны. Натяжные конструкции, которые держат мостик, ставят акцент в свободном пространстве и также создают игру света.

Внутреннее пространство в крыльях, примыкающих к торцам, разделено на два уровня. В северном, более узком объеме (1,8 м в ширину), на нижнем этаже находится кухня. Благодаря деликатному световому решению, светильникам со сниженным энергопотреблением, встроенным в потолок, пространство «купается в лучах света, ласкающих рифленую поверхность бетона», — рассказывает Мойзес. На верхнем этаже в этой части дома находятся сауна и гардеробная, а в подвале — санузел и кладовая.

Мостик установлен на перфорированных листах, покрытых деревянными секциями. На стыках есть встроенная подсветка, которая дает мягкий акцентный свет.

С северной стороны мостик формирует платформу, на которой расположена главная спальня, а позади — ванная комната. Бетон с вертикальным рифлением продолжает центральное двухсветное пространство.

С любой точки в интерьере визуально доминирует гостиная — это было одно из условий, которое поставили заказчики. Мойзес воплотил это решение по мотивам решетки, которую увидел во дворике театра Альмагро: там можно смотреть представления так, чтобы тебя никто не видел.

Две другие спальни расположены в двух помещениях, которые примыкают к южной стороне здания. Две самые маленькие «коробки» поделены между кабинетами на нижнем уровне и между санузлами — на верхнем.

Эти комнаты выглядят как отдельные кабины, отделанные деревом и организованные по вертикали: зона кабинета и санузла делит пространство по высоте, а два уровня сообщаются между собой за счет корабельных трапов. Таким образом, они занимают меньше места, чем если бы располагались на одном этаже, и освобождают максимум пространства для центральной зоны.

Спальни отделены от основного пространства оболочкой из гофрированного бетона — они находятся позади гостиной, где расположен мостик. Архитектор сравнивает основное пространство с наосом (главным залом и святилищем) греческого храма — эта аналогия рождается в том числе и благодаря организации спален по принципу вертикальных элементов и ставит вопрос о привычной схеме организации жилых пространств.

В широком южном крыле располагается еще одна спальня с санузлом на верхнем этаже, а внизу находится гараж, примыкающий ко входу в здание.

Остекленные блоки фасада регулируют поток света, который поступает в центральный неф: отражаясь от рифленых стен, лучи создают разные световые рисунки в течение дня.

Двойная структура остекления работает также как тепловой «чехол» и позволяет вписать в интерьер санузел и бар, которые будто подвешены в пространстве нематериального света.

Лестница соединяет главную спальню с другими комнатами дома; она тоже вписана в это, наполненное светом, пространство между стеклянными блоками. Ширина лестницы около — 80 см. Блоки перекликаются с бетонными кабинами с противоположной стороны центрального зала, в которых находятся спальни.

Со стороны заднего фасада смонтированы высокие окна, которые позволяют рассветным лучам проникать в спальни.

Окошки-иллюминаторы подсвечивают подвальный этаж, единственный во всем доме, который отделен от основного пространства. По лестнице можно попасть в бойлерную, которая находится в самом узком помещении, под гаражом.

Мостик — результат своеобразного эксперимента с масштабом, хотя на первом плане, благодаря естественному свету, проникающему сквозь стекло главного фасада, всегда остается основное двухсветное пространство.

Дополнительный искусственный свет поступает снизу вверх из светодиодных лент, встроенных в зазоры у подножия бетонной перегородки.

Обработка бетона — один из ключевых элементов в организации огромного жилого объема. «Бетон заливали в формы с треугольными секциями, чтобы придать ему почти скульптурную форму, — поясняет архитектор, — затем острые края сбили, чтобы оставить на виду структурные элементы в составе бетона». За эту работу отвечала компания Lafarge.