Лиса, барсук, ворона и белка — на первый взгляд кажется, будто они живые. Эти чучела зверей перед небольшим деревянным домом не оставляют сомнений: мы заплутали в сказочном лесу — в глубоко заснеженной зимней стране чудес в бранденбургской глубинке. На самом деле, эти зверушки, помещенные сюда фотографом лишь для съемки, разыгрывают волшебную идиллию, в которой небольшая семья из Лейпцига обрела место, где можно укрыться от городской суеты. Они смотрятся вполне органично и могли бы стоять тут и раньше.
Посреди большого лесного участка, в окружении высоки сосен он стоит здесь с 2010 года — маленький деревянный дом, построенный Сильвией Шелленберг-Таут и Себастьяном Таутом из архитектурного бюро Atelier ST. Домик, где можно провести выходные, который они сами спроектировали и обставили. В результате, эта семейная чета архитекторов из Лейпцига стала собственным заказчиком, чудесным образом соединив традиции и современность.
О проекте
Место: Kляйн Кёрис, Бранденбург
Размер: 62 кв.м
Кто здесь живет: семья архитекторов, Сильвия Шелленберг-Таут и Себастьян Таут с маленьким сыном
Автор прокта: Atelier ST
Посреди большого лесного участка, в окружении высоки сосен он стоит здесь с 2010 года — маленький деревянный дом, построенный Сильвией Шелленберг-Таут и Себастьяном Таутом из архитектурного бюро Atelier ST. Домик, где можно провести выходные, который они сами спроектировали и обставили. В результате, эта семейная чета архитекторов из Лейпцига стала собственным заказчиком, чудесным образом соединив традиции и современность.
О проекте
Место: Kляйн Кёрис, Бранденбург
Размер: 62 кв.м
Кто здесь живет: семья архитекторов, Сильвия Шелленберг-Таут и Себастьян Таут с маленьким сыном
Автор прокта: Atelier ST
Своя собственная маленькая дача, где-нибудь подальше, где нет людей, — для семьи наших архитекторов это долго оставалось лишь мечтой. И вдруг, она стала реальностью: на одной из полян в бранденбургском лесу. «Несколько лет назад мой муж унаследовал этот лесной участок в десять соток от своего деда. Раньше здесь стояла маленькая избушка. Она была просто очаровательная, и мы с радостью спасли бы ее от разрушения, но она была уже до того ветхой, что пришлось снести», — вспоминает Сильвия.
Перенести очарование снесенного старого дома конца 1920-х годов в новую постройку и дополнить ее современными элементами — так сформулировали себе задачу Сильвия с мужем. В результате, возникла эта проработанная до мельчайших деталей лесная «избушка» из сосны. С покрытой прозрачным лаком темно-коричневой обшивкой фасадов и с деревом естественного цвета изнутри, кое-где выкрашенным в белый, этот дом вполне достоин своего предшественника.
Перенести очарование снесенного старого дома конца 1920-х годов в новую постройку и дополнить ее современными элементами — так сформулировали себе задачу Сильвия с мужем. В результате, возникла эта проработанная до мельчайших деталей лесная «избушка» из сосны. С покрытой прозрачным лаком темно-коричневой обшивкой фасадов и с деревом естественного цвета изнутри, кое-где выкрашенным в белый, этот дом вполне достоин своего предшественника.
«Белые части фасада, такие как проемы и оконные рамы, это сознательно расставленные акценты, которые, в то же время, предвосхищают то, что ждет тебя в доме», — рассказывает хозяйка, она же архитектор. Войдя в дом, оказываешься (а как же иначе в хвойном лесу) в окружении светлой сосны, при этом, пол и потолок покрыты сияющим белым лаком. У деревянных шкафов — новехонькие фарфоровые ручки, а черные выключатели
Berker дизайна 1930-х годов — это воспоминание о старом доме.
Berker дизайна 1930-х годов — это воспоминание о старом доме.
Оказавшись в сердце дома, попадаешь под впечатление от этого открытого пространства, обшитого вагонкой. «От пола до потолка — почти 6 м, и нам хотелось их использовать, не только вложив в наш дом любовь, но и дав ему впитать в себя как можно больше воздуха», — рассказывает Сильвия.
Красотой окружающей природы впору наслаждаться и изнутри: витражное остекление вдоль всего фасада можно сдвинуть в сторону и выйти на выкрашенную в белый цвет деревянную веранду. Благодаря плавному переходу
пола при открытых дверях внутреннее пространство сливается с внешним в единое целое. «Это мой самый любимый уголок в доме, — признается хозяйка. — Мы с мужем любим сидеть здесь вдвоем, что летом, что зимой, обсуждая наши новые проекты, делая с сыном его домашнее задание или просто наслаждаясь уединенностью нашей дачи».
Чтобы иметь возможность чувствовать и наслаждаться окружающим простором, чета архитекторов не стремилась заставить свой дом мебелью: так, с одной стороны гостиной стоит самодельный обеденный стол из сосны на основании из стальных труб, несколько заново покрашенных старых стульев из IKEA и подвесной светильник Lolita дизайна Nika Zupanc для Moooi, напоминающий старую шляпу 20-х годов.
Красотой окружающей природы впору наслаждаться и изнутри: витражное остекление вдоль всего фасада можно сдвинуть в сторону и выйти на выкрашенную в белый цвет деревянную веранду. Благодаря плавному переходу
пола при открытых дверях внутреннее пространство сливается с внешним в единое целое. «Это мой самый любимый уголок в доме, — признается хозяйка. — Мы с мужем любим сидеть здесь вдвоем, что летом, что зимой, обсуждая наши новые проекты, делая с сыном его домашнее задание или просто наслаждаясь уединенностью нашей дачи».
Чтобы иметь возможность чувствовать и наслаждаться окружающим простором, чета архитекторов не стремилась заставить свой дом мебелью: так, с одной стороны гостиной стоит самодельный обеденный стол из сосны на основании из стальных труб, несколько заново покрашенных старых стульев из IKEA и подвесной светильник Lolita дизайна Nika Zupanc для Moooi, напоминающий старую шляпу 20-х годов.
В то время как на противоположной стороне компанию печке составляют кресло 1970-х годов и старый торшер с блошиного рынка. «Красота нашей дачи — в простоте», — делится Сильвия.
Все отопление дома — лишь эта маленькая чугунная печка бельгийской фирмы Dovre. Это оптимальное решение для дома, используемого преимущественно в выходные и в каникулы, считает хозяйка-архитектор. «К тому же, ни одно отопление в мире не сравнится с чудесным теплом от каминного огня».
Все отопление дома — лишь эта маленькая чугунная печка бельгийской фирмы Dovre. Это оптимальное решение для дома, используемого преимущественно в выходные и в каникулы, считает хозяйка-архитектор. «К тому же, ни одно отопление в мире не сравнится с чудесным теплом от каминного огня».
Из гостиной через узкую дверь попадаешь на крутую лестницу, ведущую к двум спальным местам. «Когда дверь закрыта, она практически не видна на обшитой белом деревом стене, так что даже наши друзья не с первого раза разглядели этот подъем, — посмеивается архитектор. Занятная деталь — окошко в детской, выходящее в гостиную. — Отсюда любит выглядывать наш сын, чтобы не пропустить, когда стол будет накрыт к завтраку».
По выкрашенной в белый цвет лестнице, что с обратной стороны, можно залезть на антресоль на высоте 1,2 м, выступающую над террасой. На разложенных здесь матрасах можно уютно расположиться и почитать; они же могут стать спальными местами для внезапно нагрянувших гостей.
По выкрашенной в белый цвет лестнице, что с обратной стороны, можно залезть на антресоль на высоте 1,2 м, выступающую над террасой. На разложенных здесь матрасах можно уютно расположиться и почитать; они же могут стать спальными местами для внезапно нагрянувших гостей.
Кухня, глядящая с одной стороны в гостиную, тоже не прячется за глухими стенами. «Широкий проем, ведущий к обеденной зоне, — просто супер! Здесь я могу готовить, пока наш сын носится вокруг. В саду ли, в доме ли — из кухни я могу никогда не выпускать его из поля зрения», — говорит хозяйка.
В кухонную мебель вставлена кухонная техника Bosch. Как и в коридоре, здесь тоже фарфоровые ручки. Любовь к деталям отчетливо чувствуется во всем доме.
В кухонную мебель вставлена кухонная техника Bosch. Как и в коридоре, здесь тоже фарфоровые ручки. Любовь к деталям отчетливо чувствуется во всем доме.
«Раньше здесь был дачный туалет с выгребной ямой, но, поскольку мы не хотели отказываться от современных удобств, теперь у нас есть настоящая ванная комната», — смеется Сильвия. Но кое-что первозданное здесь, все же, сохранилось. Ведь дом, а соответственно, и ванная не подключены к централизованной системе водоснабжения. «В саду стоит большой бак для сбора дождевой воды, которая потом подогревается и насосом закачивается в трубы — в какой-то момент теплая вода иссякает, так что тот, кто рано встает, явно оказывается в выигрыше», — говорит хозяйка.
При всем обилии белого цвета и натуральных оттенков дерева душевая кабина, выложенная красной мозаикой, смотрится ярко. «Благодаря глубокой посадке наш сын может пользоваться душевой и как купелью. Хотя она и отличается от остального интерьера, я нахожу, что в этой комбинации что-то есть», — говорит хозяйка.
Мозаика: Jasba; умывальник: Alape; стол под раковину: изготовлен под размер (из сосны)
При всем обилии белого цвета и натуральных оттенков дерева душевая кабина, выложенная красной мозаикой, смотрится ярко. «Благодаря глубокой посадке наш сын может пользоваться душевой и как купелью. Хотя она и отличается от остального интерьера, я нахожу, что в этой комбинации что-то есть», — говорит хозяйка.
Мозаика: Jasba; умывальник: Alape; стол под раковину: изготовлен под размер (из сосны)
Данный проект, про который этих двух архитекторов спрашивают чаще всего, собственно, самый маленький из их работ. «Иногда признание приходит, как раз, благодаря не самому большому. Так и дом, который выглядит так, словно стоял здесь вечно, может стать объектом, привлекающим к себе внимание», — рассуждает хозяйка, она же архитектор. «А поскольку здесь так невероятно пахнет лесом — соснами, смолой и землей — то это остается нашим заветным местом. Личным сокровищем, где-то между сказкой и действительностью, к которому мы никогда не станем ничего пристраивать, сколько бы нас об этом не спрашивали».
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ…
Еще 38 немецких квартир и загородных домов
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ…
Еще 38 немецких квартир и загородных домов
Вадим Портнов
4 г.